В общем... Если и будут искать кого-то, то черноволосого, шрамированного парня на основании фоторобота. Вообще, маскироваться мне доводилось ещё в школе, когда я должен был сделать какую-либо гадость, а вот нести за это ответственность не очень-то хотелось. Так что я даже с улыбкой принял эту рекомендацию Куратора.

И всё это только лишь для того, чтобы в случае, если каким-то чудесным образом нас обнаружат, запутать следы и отправить в совершенно противоположную сторону.

Арендованный автомобиль отвёз меня обратно в город Бират.

Уже рядом с ним я прогулялся пешком несколько километров до парковки у развалин старинной крепости, являющейся одной из местных достопримечательностей. Прыгнул за руль всё ещё пахнущей новьём машины, успевшей нагреться на солнце, и врубил климат контроль, отправляясь на север, ближе к Австровенгрерской империи. Была там такая деревушка, с монастырём, из которого бил целебный источник. Называлась она Селеш. Селешский монастырь был известен в мире как приют для тяжелобольных детей, от которых отказались родители. Два крыла монастыря — мужское и женское, объединялись между собой в центре, у одинокой скалы, служившей в давние времена солнечными часами для местных жителей. Это место обрело культовое значение ещё в средневековье, когда местный владыка, укрываясь от вражеской погони ,семь дней и ночей провёл в подвалах монастыря, страдая от лихорадки. По легенде, источник, из которого его поили и промывали рану, появился в древности на месте падения копья архангела в битве с эмиссаром демонов. Когда опасность миновала и князь выздоровел, он был очень благодарен монахам и монахиням, даровав им множество вольностей. Слухи же о целебных силах источника привлекали многочисленных поломников. Никто не скажет, когда здесь отчаявшиеся родители впервые решили оставить своё болезненное дитя. Но с тех пор прошло уже много веков, и это стало нести иной смысл, а количество сирот и бедных детей лишь росло. Те из них, к кому судьба была более благосклонной, оставались в монастыре навсегда, неся свою службу во имя облегчения мук и страданий обездоленных. Те же, кому вера давала силы подняться на ноги — уходили в опасный внешний мир. Эти люди не забывали место, что взрастило их, и отдавали они зачастую последнее монастырю, обеспечивая возможность обители существовать из года в год.

— Здравствуйте, святой отец. Это со мной вы разговаривали по телефону. — я провёл обряд перед входом на территорию храма и поприветствовал одиноко сидящего старика под яблоней, что только-только принялась набирать силы после пробуждения от зимней спячки.