— Оу, прости, не кричи ты так, я случайно... Просто, когда на мои вопросы не отвечают, я становлюсь нервным. У тебя, кстати, редкого цвета глаза. Словно изумруды. Такие же, как у твоей сестры... Заберу-ка я одно, принесу ей в больницу в подарок. — моя правая рука под крики отца и сына, под хрипящий громкоговоритель полицейских медленно двинулась к единственному смотрящему на меня глазу. Второй был полностью скрыт за опухшим и посиневшим от моей ярости синяком.

— СТОЙ! СТОЙ! НЕ НАДО!

Бесчувственная маска демона скрывала все мои эмоции. Когда осталось не более пары сантиметров, эта тварь дрожащая посыпалась.

— В Люцерне! В ЛЮЦЕРНЕ, МАТЬ ТВОЮ! ТЫ ДОВОЛЕН? ВОТ ТОЛЬКО НИКТО БЕЗ МЕНЯ ЕЁ ТАМ НЕ НАЙДЁТ! СЛЫШИШЬ, ХУ*ЛО! БЕЗ МЕНЯ — ЕЙ КРЫШКА! Я ГАРАНТИРУЮ! ТАК ЧТО УБЕРИ ОТ МЕНЯ СВОИ ГРЯЗНЫЕ ЛАПЫ! — заорал он, раскрывая свой окровавленный рот.

— Ну вот, можешь же, когда хочешь... — откинул я эту шваль в дверь автомобиля.

— Сын, откуда ты... АХ ТЫ ДРЯНЬ! — наконец-то сообразил его отец.

Я поднял трубку с идущим вызовом, где молчаливый Рюдигер и генерал всё это время внимательно слушали происходящее.

— Это я. Более точный адрес — отель Йеттипарк. Подвал в гараже. Ты по охране поймёшь, кто там и где. Вылетайте. — я отключил связь и

— Чт... Как? Откуда ты узнал? — заорал испуганно кусок дерьма.

Я лишь улыбнулся ему и поблагодарил Куратора, взломавшего за время боя телефон ублюдка, проверивший все его звонки, сообщения и прочее.

— Эй, отец. Помнишь, я сказал, что не убью эту тварь?

— Да... я помню. Какую же змею я воспитал... Как можно, родного человека... Ладно, а малявку зачем похитил?

— Отец! Как ты меня и учил, я просто сбивал их со следа!

— Плохо я тебя учил, раз меньше чем за сутки тебя вычислили. Как бы там ни было... — старик посмотрел на меня снизу вверх. — дай пистолет...

Я бросил старику ствол. Драма рода Престон достигла своего накала, но я с каждой секундой чувствовал, что мне пора идти... И дело вовсе не в полиции.

— Отец! НЕТ! ЭТО ВООБЩЕ ВСЁ ТЫ ВИНОВАТ! ЕСЛИ БЫ ТЫ НЕ ОТДАЛ ЕЙ СТАТУС НАСЛЕДНИЦЫ!

*БАХ*

— Жил как дерьмо, и умер как дерьмо... — прокомментировал я.

— Пора и мне за ним, проследить, чтобы он на том свете глупостей не наделал... — уселся резко постаревший старик. Будто лет десять прибавил.

— А вот тут — хрен тебе, старый хрыч. — Я отобрал у него ствол и поднял за шкирку. — Я и есть то самое чудо, которое спасло твою дочь. Я её очень ценю. И я рад тому, как вы её воспитали. Однако, теперь вы мне должны.

— После моей смерти она станет наследницей и получит всё. Забирай что хочешь! Моя дочь умеет ценить чужую помощь. — с каким-то отрешённым лицом предложил глава рода, резко расхотевший жить.