*БОМ*

Тарелка прилетела прямо в рожу нашего шеф повара, сумевшего из нормальной сырой каши сделать какой-то продукт массового поражения рецепторов счастья в организме.

— Меня страхоёвины не интересуют. Поищи на свою пещеру другого неандертальца. — встал я с земли, поднял свою же тарелку, отскочившую в мою сторону от чугунной башки этого дуболома, и пошёл в сторону стены, игнорируя бабий визг и вой.

Что странно, за моё сравнение огребали мои же временные сослуживцы. А вот нехер было с таким подозрением на меня смотреть. Теперь и вам не факт, что хоть что-то обломится. А я ведь просто хотел в тишине поесть это резиновое варево.

— Хм… ЭЙ! Подождут вас ваши любовные утехи, это что за херня? — крикнул я гомонящим солдатам, всматриваясь в монитор дежурного, установленного у лестницы наверх.

— А что там? — Ко мне подошёл один из солдат. — А, ребята, шайтраны снова начали свою игру в загонщиков.

— Что за игра?

— Они выпускают пленных, те бегут. Следом за ними на небольшом расстоянии следует отряд шайтранов. Минное поле там густое, и мало кто знает о единственной узкой тропе… Бляха, это походу пропавший Мобидик! КАПИТАН!

К монитору стянулись все и принялись смотреть на картинку, передаваемую дроном. Целая сеть этих вечно бдящих механических глаз висела в воздухе, передавая оперативную информацию.

— Точно он. Его долбанный синий шарф я ни с чем не спутаю. Он знает тропу.

— Но за ним отряд врага! Они тоже смогут вычислить тропу. — капитан с тревогой схватился за подбородок.

— Да, у него кишка тонка подорвать себя на мине. — нахмурился сержант

— И вдвойне обидно будет его потерять. Мы уже смирились вроде как с его смертью, но эта везучая сволочь засела в сердцах у многих людей. Когда сказали о разгроме его разведгруппы, колокола церквей Панамы целый час били тревожную песню за упокой его души. — напомнил всем собравшимся беззубый разведчик с разорванной губой.

— Придётся его убить, если он сам решит не подорваться. — покачал головой офицер.

Я молча стоял и смотрел за тем, как этот слегка прихрамывающий боец несётся вперёд. Кроме него в качестве живого щита для шайтранов бежало ещё парочка неизвестных солдат. Следом за ним десятка шайтранов осторожно следовали за ними шаг в шаг.

— Я мог их вытащить. — вслух произнёс я, но меня будто никто и не услышал. — Ладно. Капитан! Когда его решат прикончить и как? И чего шайтраны с этим полем мучаются? Они же и раньше обходили и разбивали минные поля.

— Если они высунутся и начнут это делать, мы накроем их артой. Потому и не вылазят. А артефакты… Ну, они всё равно не смогут всё сразу разминировать и сдохнут от нашего огня. Вот и не вылазят из-за пределов щита.