Мы обомлели.

Это ТАК обучают в Санторе?

Нам вообще ничего не хотят объяснить?

Мы что, учебные пособия?

— Ещё один весьма интересный момент. Наши девушки, аристократки по крови, увешаны защитными амулетами, а также всегда могут обратиться к родовой магии, способной стереть в порошок, сжечь, утопить, превратить в камень, железо, лёд и много чего ещё интересного. Но ни одна из них не воспользовалась этой силой. Почему, как думаете?

— Струсили, — процедила леди Формайт.

— И ты, Зоя, совершенно не права. Твоя семья проявила себя не так давно, и у вас пока нет накопленного тысячелетиями багажа знаний, опыта и общего магического резерва. Пройдёт время, в семье будут рождаться учёные, боевики, ведьмы, зельевары, возможно, некроманты. Каждому последующему члену семьи будет доставаться всё больше знаний. Резерв будет расти и расти, как счёт в банке. И каждый сможет при необходимости им воспользоваться. Но…

— Только в особых случаях? — уточнил парнишка, чьего имени я пока не знала.

— Верно. В очень особых случаях. Кстати, напоминаю, что вся информация, предоставленная вам во время обучения, строго засекречена. Так вот: если маг берёт из общего котла щедрую горсть силы, об этом становится известно всем членам рода. Как думаете, что они делают?

— Перемещаются, чтобы оказать помощь? — уточнила Крис, не без поддержки мужской части группы спустившаяся с дерева. Она только подошла и не сообразила, что у нас здесь вовсю ущемляют права аристократов. Попросту говоря: «ледям слова не давали».

— Неужели сложно догадаться, что причастным стоило бы помолчать? — недовольно спросил преподаватель.

— Простите, — Крис сделала шаг назад.

— Общий магический резерв почти неприкосновенен. В каждой семье свои правила и ограничения, но по большей части все стараются пополнять, а не расходовать. Некоторые из вас — первые магически одарённые в семье, поэтому именно вам предстоит, так скажем, открывать счёт в магическом банке, — с улыбкой закончил монолог преподаватель.

Мы с девочками стояли чуть поодаль от остальных. Бри схватила мою руку и не отпускала. Знала — я в бешенстве. И подсказывала — не стоит это демонстрировать. Поддерживала, как могла.

Рядом стояла Корделия. Прямая как палка, напряжённая, яростно-сдержанная. Её голубые глаза с ненавистью смотрели на преподавателя.

Неслыханная дерзость — взять аристократок, не обученных боевым заклинаниям, и наглядности ради попытаться спровоцировать на использование семейного резерва. Да мне бы это даже в голову не пришло, пока эти твари не начали бы меня поедать!