— Почему мы еще летим? — Слава богу, в салоне нет людей, знающих русский. Может, кто и знает, но до сих пор шикарно шифруется.

— Так, скоро уже садимся. Поэтому прошу всех вернуться на свои места и пристегнуться.

— Море! — воскликнул кто-то, все дружно вытянули головы, пытаясь увидеть в иллюминаторе морскую гладь.

По левому борту и правда было видно море. Тревожное, гонимое ветром море. А за ним рваным изгибом берег, холмистый берег, устланный рваным, грязноватым покровом первого снега.

— What the hell? Where we are⁈ Sir, what is going on?[62]

— Calm down! Take your seats. Fasten seatbelts[63]. — Бойцы не испугались, но взволновались. Пришлось чутка повысить голос. Хотя я и сам в сильном офигении. — Куда мы прилетели?

— Как куда? Во Владивосток конечно же! А вы куда попасть хотели, садясь на этот самолет? — И смотрит на нас как на дурачков — снисходительно и с сожалением.

— Vladivostok? Son of a… That is wrong way![64]

— I know, Sam. I know…[65]

Посадка прошла легко и непринужденно, даже касания земли никто толком не ощутил. Да и не до того было — ведь почему-то мы прибыли во Владик, а не в Алеппо.

Все терзания разрешил Карпов. Одетый в форму без знаков отличия и со щегольской летной курткой на плечах, бодрой походкой он поднялся в наш самолет, из которого нас даже не выпустили. Примчались местные особисты с энкавэдэшниками в придачу, подогнали к самолету трап и… категорически запретили нам выходить! Сказали сидеть и ждать особых распоряжений. Рейнджеры стерпели это, но настрой у всех резко упал ниже плинтуса.

— Ну как, живы все? Не укачало никого? — с отеческой заботой обратился ко всем подполковник. Хотя говорил он по-русски и фактически обращался ко мне.

— Все в полном порядке, товарищ подполковник. Нормально все.

— Ну и хорошо. Сейчас дозаправимся, экипаж сменим и дальше полетим. Ох, устал в кресле сидеть!.. Спина затекла.

— Может, вы объясните, товарищ подполковник, что происходит? — Играть в эти игры не хотелось. Так что спрашиваю нагло, в лоб.

— Не выдержал, да? Хочешь спросить, почему мы во Владивостоке? Ну-ка пойдем выйдем…

Шугнув у трапа излишне резвого летеху, подполковник отвел меня метров на пятьдесят от самолета. Пока шли, я осмотрелся. На полосе стоят все три самолета группы. Возле них усердно копошатся десятки местных баовцев[66], вот подъехали здоровенные топливозаправщики, работяги потянули толстые шланги, сейчас самолеты будут заправляться. А вокруг — благодать, даже несмотря на ноябрьскую ветреную погоду и близость моря. Тихо, не очень холодно и красиво. Холмы, снежок кое-где лежит, удивительно чистое для конца осени небо и свежий воздух.