Мы встретились глазами, когда оба оказались в гостиной. Не думая, что творю, направил оружие и выстрелил четыре раза во врага, пытавшегося уйти с линии атаки. Вопля боли не было, но падение поверженного противника было видно с моей позиции. Не ушел гад. Я умудрился попасть в него.
Взревел звук заведенного мотора грузовика и я, выругавшись, подбежал к окну и проводил взглядом уезжающего третьего гостя. Блин, а ведь думал взять их транспорт, когда разберусь с ними но, похоже, переоценил свои силы. Пять патронов, пять, сука, патронов я потратил на двух врагов! Баснословно много, учитывая, что находился в более выгодных условиях в отличие от них. Спокойнее нужно действовать, Павел, спокойнее!
Неожиданное чувство выбило меня из депрессии неудачного боя. Мне чуждо собственное имя! Как будто я не носил его всю свою сознательную жизнь, как и все, считая его лучшим из всех существующих. Теперь же, Найкрас, мне казался куда роднее Павла.
— Что за херня? — произнес я, не понимая, что происходит.
Глава 13 Караж
Так, в бездну непонятную хрень с именем. Допустим система как-то влияет на психику, делая придуманное прозвище более актуальным для восприятия, чем родное имя. Возможно, это нужно для чего-то, связанного с интерфейсом, иначе в прозвище не было бы никакого смысла. В шизе перед глазами нет ничего бесполезного, даже сам интерфейс выглядит, как будто над ним поработало несколько институтов с сумасшедшим финансированием. Все подогнано идеально, чуть смещается вслед за глазами, исчезает, когда не нужен, и вообще слушается мыслей, как если бы читал желание напрямую из подкорки. Это все конечно было бы удивительно, кабы я знал точно причину появления интерфейса. Увы, на данный момент вся эта дичь лишь порождает одни вопросы и дальше полученных фактов методом научного тыка, дело не идет.
Еще я сделал вывод, что мне не жалко родного имени, поскольку я его не выбирал, а вот Найкрас — это мой выбор и за него в ответе только я. Ну, или так система воздействует, не знаю. Да и думаю тут не о чем беспокоиться. Родное имя помню и ладно. Вот если бы я его забыл, тогда можно бить тревогу о психологической угрозе. Наверно.
Разобравшись с внутренним разногласием, перезарядил ружье и вышел в прихожую, где в собственной крови лежало тело подстреленного мной парня. Всего одно попадание в спину убило его на месте. И это моих рук дело.
Я похолодел.
Все, теперь я официально убийца. Назад дороги нет. То, что у меня не было выбора, полнейший бред. Я хладнокровно стрелял, что в одного, что во второго, не думая о будущем. Защищал свою жизнь? Ерунда! С усилением мне не составило бы труда раскидать всех троих, даже в прямом столкновении со всеми сразу. Однако я предпочел стрелять и теперь на моей совести одна человеческая жизнь. Вру, две.