Шумела толпа, собравшаяся в главном зале, а под рьяными порывами ветра отдавалась шелестом густая изумрудная листва.
А посреди всего этого великолепия стояла Ланеска Мурум, невидящим взором буравя спину удаляющегося по направлению ко дворцу перерождённого. Она отчаянно пыталась понять, что именно в словах и жестах какого-то мальчишки вогнало её в ступор, но — тщетно.
В голове женщины боролись десятки и сотни предположений, но ни одно из них не могло взять верх…
Глава 15
— «Ланеска этого не забудет».
— «А она и не должна». — Отрезал Элин, обменявшись приветствиями с группой обративших на него внимание людей. При том он не упустил возможности проверить их поверхностные мысли, параллельно отслеживая реакцию всех прочих гостей. Эрида, в свою очередь, пыталась вычленить из толпы ярых недоброжелателей, которых выводило из себя одно только имя Нойр. Это более не играло особой роли для обновлённой цели дуэта, но могло сильно помочь в перспективе.
— «Кажется, наши недоброжелатели организовали клуб ненавистников Элина Нойр. Иначе я не могу объяснить, что именно побудило их всех собраться в восточной части зала. Да, верно смотришь, я говорю именно об этой группе». — Элин перехватил недобрый взгляд седого, как лунь, но сохранившего отличную физическую форму старика, в довесок оказавшегося анимусом золотого ранга. При этом некогда он точно находился на пике силы, но, по-видимому, время и отсутствие практики взяли своё, откатив практика на пол-ступени назад.
Впрочем, с тем же успехом причиной его ослабления могла стать травма: сути это не меняло. Среди потенциальных врагов старик был сильнейшим, вдобавок пользуясь большим уважением.
Это было отчётливо видно по тому, как к нему обращались «коллеги».
— «Примерно половина из них — те, чьих отпрысков я отодвинул от кормушки в собственном лице. Про остальных пока сказать ничего не берусь, но…». — Всегда есть одно большое «но», в данном конкретном случае оказавшееся подозрительным юношей, нервно теребящим массивный перстень на указательном пальце. Украшение на, собственно, украшение нисколько не походило, а характерный отголосок пропитавшей металл анимы прямо указывал на артефактную природу предмета. — «… здесь есть кое-что подозрительное».
Никто не запрещал гостям иметь при себе определённые артефакты вроде хранилищ или защитных комплексов, но этим не злоупотребляли даже самые эксцентричные личности.
Сейчас же Элин был практически уверен в том, что артефакт на пальце юноши не имеет ничего общего с хранилищем, так как вместо поглощения анимы кольцо её выплёскивало в окружающее пространство. Эта черта не была характерна и для связок рун, направленных на защиту хозяина: в неактивном режиме такие предметы были зациклены «в себе», за счёт этого не теряя ни крупицы анимы. Для примера, ни посох, ни шлем, — хоть последний и нельзя было отнести к классическим артефактам, — не могли продемонстрировать такую же отрезанность от мира.