— Эм… — я замялась, переводя взгляд с мужчины на подполковника и обратно. — Было такое, но я отказалась.

— А… не могли бы вы передумать и согласиться?

— Что⁈

Я почти прокричала, настолько меня поразило предложение.

— Зачем? — спросила уже тише.

— Нам нужно внедрить своего человека к Кунину, а он крайне неохотно приближает к себе людей. А рядом держит неподкупных. Мы по разному пробовали к нему подобраться, но…

— А… а в чем он… его подозревают?

— Во многих махинациях. Начиная с содержания борделей до распространения запрещенных веществ.

— О-о-о-о! — протянула я, прикидывая, что со своей репутацией Кунин вполне мог быть и тем и другим. — Если я соглашусь, что нужно будет делать?

— Не если, а когда, — встрял мой подполковник. — Вопрос тут уже решенный, Людмила.

Я не стала ему возражать при посторонних, снова перевела взгляд на мужчину.

— Нужно просто быть с ним рядом. Слушать, смотреть, наблюдать и отчитываться. Вести дневник за человеком. Ни фотографий, ни слежки не нужно, наши люди уже работают.

— Понятно. Я подумаю. Дело в том, что дело, которое предложил мне Кунин, несколько отличается от стандартных заказов. Не уверена, что смогу взяться за него.

— Но возьмешься, — натужно улыбнулся подполковник. — Вы простите нас, если мы выйдем на минутку?

Мужчина кивнул, отпуская. Игорь Матвеевич взял меня под локоть и вывел из кабинета, оставляя гостя одного внутри. А ведь Игорь Матвеевич никого и никогда в своем кабинете не оставляет!

— Кто это? — спросила я первая.

— Какая разница, Васильева? Ты не хорохоришься, а просто берешь это дело и делаешь. Считай долги мне все свои закрываешь. Поняла?

— На год вперед?

— Не наглей!

— Игорь Матвеевич, я не могу. Вы Кунина не знаете. Он меня наизнанку вывернет!

— Знаю уже. Вчера познакомился. Сочувствую. Но тут всплыл обманутый и кинутый тобой депутат…

Подполковник назвал имя и я присела. Ноги перестали держать. Что-то вокруг моей персоны разом стали кружиться падальщики. Словно почувствовали, что я уже не жилец.

— Что ему надо? — проблеяла я.

— Стереть тебя с лица земли. Так что соглашайся с делом. Будешь под двойной защитой. Государства и Кунина. Он со своим тоже неохотно расстается. Так что выбора у тебя, Людмила, нет.

И это было мое первое «я согласна» на пути в ад!

Руслан

Я сдирал с себя запах каталажки мочалкой вместе с кожей. Казалось, ни один гель в мире не способен отбить вонь кутузки. Уже третий душ за вечер, а в носу продолжает стоять вонь тухлых носков.

Но еще больше бесила милая Мила, чтоб ее!

Я знал, что этой девице доверять нельзя, что надо сразу брать за жабры и тащить в нашу родовую усадьбу, но нет… Я размяк, как тряпка! Стоило только узнать, что она еще никому не подарила свой невинный цветочек, и я поплыл, как размазня.