Своих учеников я тоже присоединял ко многим тамошним тренировкам, хотя вместо кое-каких занятий учил их отдельно. Ну, еще занимался дополнительно, понятное дело.

Посетивший учебный комплекс Эгил только подивился развитой мною бурной деятельности.

— Зачем ты добрал их до трёх сотен? — уточнил он.

— Чтобы вышвыривать, — пожимаю плечами. — У них должен быть стимул учиться, у меня должны быть на выходе примерно двести пятьдесят ребят. Вот примерно столько и доучится, а остальные… А что — остальные? Выкину их. Делов-то…

Как я и говорил, каждые полгода проводились экзамены на то, что изучалось. Помня знаменитые пятилетки, я решил не бежать сильно впереди паровоза и составлять программу обучения на каждые полгода, по ходу добавляя или убирая что-нибудь.

По прошествие этого времени, ученики должны были всего лишь сдать общий экзамен по строевой и остальным воинским дисциплинам гоплитам, сдать экзамен по письму, чтению и счёту, продержать на голове злосчастную чашку в течение двадцати минут. Последнее было для них, на удивление, самым сложным. На это дело давалось три попытки.

Разумеется, меня проверяли. Приходил Лиринамион. Поплевался, конечно, но сказал, что, с учётом предъявленных требований, всё логично. Дал пару дельных советов.

На следующие полгода уже требовалось вводить медитации и сбор маны. Обычно эти упражнения ученики начинают осваивать лишь на второй-третий год обучения, но мы просто вырезали важнейшие магические теории из программы. Развитый навык концентрации неплохо помог, но тренировки по ней я прекращать не стал. Добавились такие занятия, как удары палкой во время письма. За сильные неровности в тексте следовало наказание. Писать же ровно людям, которые едва-едва писать вообще научились, приходилось медленно, а, когда постоянно сыпятся болезненные толчки, тычки и хлёсткие удары… В общем, многие с грустью вспоминали чашу.

В первые полгода пришлось отправить «на волю» одиннадцать человек. Ещё двое сбежали сами. Учёба продолжалась.

Спустя полгода мои собственные ученики, которые, вообще говоря, для меня практически перестали отличаться от других, за исключением необходимости учить их дополнительно, были переведены в общие общежития. Конечно, им не понравилось, но… Но я сам уже спал в этой школе, редко появляясь дома! И питался, кстати, вместе с учениками, несмотря на чрезвычайно простую еду, которой их кормили. Так что — переживут. Они не учились у Гази…

С медитациями и маной у всех были проблемы уже в середине полугодия. Для меня было шоком, что, оказывается, первоначальное развитие седьмой оболочки может вызывать такие симптомы. Нет, помню, у самого в своё время ломило руки, но здесь… Частая кровь из носа, обмороки, блевотина… Чего только не натерпелся за это время. А, когда эти полгода закончились очередными экзаменами, отсеявшими сразу четырнадцать человек, меня нашёл Эгил.