Но ладно. Основная проблема — Йен. Злобный старик-кассит. Вспоминая Халая, все касситы злобные… Неважно. Что он может сделать? Наслать демона? Сильного? Если я буду в городах, то вряд ли. Явится сам для магической дуэли? Он на ладан дышит. Я в самом расцвете сил. Думаю, справлюсь. Тогда что? Гм… Что… А ведь он особо и не может ничего мне сделать. Восемь долгих лет прикрывал меня старый Халай. Мне сейчас тридцать четыре года, почти тридцать пять. Йену… Кажется, восемьдесят три… Или восемьдесят пять… Нет, даже больше! Скоро сдохнет, сволочь. Хорошо, значит, разбираться сам с проблемой не стану: она и так рассосётся. Буду просто настороже некоторое время.

Что ещё? Гм… Есть у меня один городок на примете… Что же! Думаю, мне по силам телепортироваться напрямую в Кусу. Только недавно со мной был Креол, а теперь я один, так что всю ману тратить не буду: пойду двумя скачками.

Жаркий зной морил подслеповатого стражника, которого оставили на стене. Мужчина был уже немолод. Ему бы самое время стать домоседом. Возможно, наняться учителем воинского искусства к каким-нибудь юнцам. Всякий грош в таком возрасте помощник. Но пока боги миловали: позволяли получать на службе нормальное жалование. За которое следовало стоять на посту в такое поганое время. Благо, дочка собрала корзинку с водой, лепёшками и финиками…

Тихий хлопок дряхлеющие уши не уловили. Но вот случайно брошенный со стены взгляд узрел явившуюся из ниоткуда фигуру. Сразу на ум пришли два варианта: морок по жаре и чародейские проделки. С учётом того, что пропадать или рябить неизвестный не спешил, это явно был не морок…

В Кусу вошёл по самой жаре. Стоящий на воротах стражник слегка оживился, когда я уточнил у него:

— Служивый, а не слышал ли ты чего про Арамея, который командовал отрядом из вашего города во время последней войны?

— Арамея? — удивлённо приподнял он брови. — Как не слышать? Он глава стражи уже пять лет!

— Ох ты ж… А где мне его найти? — уточнил я.

— В здании магистрата, думаю… Он обычно там сидит. Слушай, абгаль… Не сочти за дерзость, но… Сотворил бы ты мне немного пива, а? Я заплачу! — заметил он мои удивлённые брови.

— Ладно. Не надо мне твоих денег: у меня хорошее настроение, — фыркнул я, начав чертить круг на песке. — Сотворю я пищу, богам не противную, пищу вкусную, пищу обильную, отщипну я Энлилю могучему, Энки мудрому, Инанне чистой, В жертву я принесу половину Мардуку, а другую Нергалу, так лепёшку поделю первую… — забормотал я заклинание. Было ещё одно, покороче, но оно не подходило к используемым мною длинным рунным формулам, а писать другие мне было непривычно. Через пару мгновений линии засветились, на рисунке соткалась словно бы из воздуха корзинка со льдом, пивом и палочкой для питья. — Через час-другой исчезнет, ты пей не быстро, но всё ж таки поторопись, — заметил я.