— Дети уж точно ценнее стариков. А, как вы помните, карлики даже вдвоём с трудом тащили ту девочку. Взрослый мужчина, наверное, отбился бы, — пояснил Хоран задумчиво. — Мы пришли?.. — уточнил он у провожатого. Тот кивнул. Молча провел нас в очередной дом, у входа которого дежурило двое стражников. Поднялись на второй этаж, спальня…

— Кто-нибудь что-нибудь трогал? — устало спросил я.

— Никак нет, абгаль. Всё оставили таким, каким нашли.

— Чрево Тиамат… — Креол, ничуть не стесняясь, плюнул на пол. Было от чего: на кровати лежал полный мужчина с разодранным горлом, на полу повсюду очень знакомые следы когтей. Воды… нигде нет. Совсем. — А это что? — консультант Нимруда, временно оставивший свои обязанности, кивнул головой на кровавый след, тянувшийся по полузанавешенному тканью странному постаменту.

— Не могу знать. Но слуги говорят, что хозяин взял на ночь новую наложницу. Её на утро не сумели отыскать.

Я молча сдёрнул ткань. Обычная деревянная стойка с гладко отполированным бронзовым диском. У Гилаха зеркало было куда как лучшего качества. И всё бы ничего если бы не одно «но»: след тянулся именно к металлической пластине, на которой остались красные засохшие разводы.

— Знаешь, Хоран. Кажется, мы только что определили, какими тропами пользуются эти твари. И вода здесь действительно совсем ни при чём.

Всматриваясь в отражение, я внезапно услышал то самое дребезжание, как у «зомби». Отчётливо так услышал. У стражника в зеркале почернели глаза. Он схватился за меч и уже сделал замах… Сражаться с опытным воином в закрытом помещении… Ну, может, не воином, а кем-то, кто им притворяется… Не важно, в общем. Короче, плохая затея. Мне нужно всего полсекунды, чтобы ударить молнией, но этой полсекунды могут и не дать. Сорванный с пояса жезл зацепил штаны под туникой, оставив на них значительную прореху. Ничего, главное успеть выставить жезл на пути меча и жахнуть молнией. Эх, дурья моя голова: кто же мне мешал повесить на себя хотя бы одну ЛЗ?..

Пытаясь уйти от удара предателя (нечисти?) и одновременно отбить его, я таки успел развернуться, дернуть жезлом и на миг замереть: стражник стоял на месте и вовсе не собирался ничего делать. Меч его был закреплён на поясе… А в следующую секунду спину пронзила жуткая боль, одно из ребер с треском лопнуло, а я, упав на пол, почувствовал, как одежда тяжелеет от липкой тёплой крови. Прохрипеть среднее исцеление было ой как непросто, даже несмотря на краткость слова-активатора. Жуткая боль заполняла сознание. Я едва-едва сумел чуть-чуть откатиться, но нового удара не последовало: над головой раздался звон сталкивающейся бронзы. Огненная стрела опалила сверху жаром, а у меня, сумевшего, наконец, обернуться, сорвалась с руки молния, окончательно загнавшая вылезшую из зеркала тварь обратно. Глянув на закопченную, слегка поплывшую и уж точно теперь слабо напоминающую хорошее зеркало (и раньше-то плохо отражало) поверхность, я мог видеть лишь смутное подобие обстановки в комнате.