Решив, наконец, разобраться в происходящем, юный (всего-то тридцать лет) чародей отправился гулять по городу вовсе не бесцельно. Его в первую очередь интересовали, конечно, места нападений. Тиглат в своё время отмечал тоненькими, окрашенными в синий щепками такие места на карте города. Где не было уверенности, что нападали именно зеркальники, ставилась жёлтая щепка. Вообще, для разных случаев у него имелось шесть разных цветов. В памяти мага, которая стараниями одного учителя была близка к идеальной, имелась эта карта.

Первым делом Креол обошёл места самых первых нападений. Не то чтобы он тут что-то не видел. Как и вообще на всех «синих щепках», но тем не менее, безалаберность могла быть где угодно, но не в его работе. К тому же от результата зависело, как скоро он получит заветные два десятка золотых, которые ему обещал энн Кусы за выполненное задание. Да и Тиглат тоже кое-что должен. Нимруд — городок неплохой, но черноволосому чародею эта дыра была поперёк горла. Ему хотелось откупиться от илькума хотя бы на год. А лучше — навсегда. Ага, были бы ещё деньги на такое…

Как и ожидалось, в местах первых нападений не нашлось ничего нового. Мир помнит всё, из аур невозможно ничего стереть. Можно спрятать, заставить поблекнуть, затеряться в глубине веков, но… Но возможность или невозможность добыть ту или иную информацию зависит исключительно от навыка восприятия реальности, не от наличия или отсутствия самой информации. Способ восприятия аур Креола был здесь очень кстати: запахи хранятся очень долго. Для аур это тоже было верно. Креол мог почувствовать нечто, что произошло очень давно, довольно легко, пусть это и требовало сильного сосредоточения.

Где-то на тридцатой точке, глядя на постепенно собирающееся садиться солнце, маг решил, что свою норму по тщательности и аккуратности он на этот день выполнил в полной мере, а потому можно наплевать на остальные «синие» места и отправиться к жёлтым. Да и «красные» проверить не помешает.

Тени удлинялись. В одной из них загорелся красный огонёк. Маг мгновенно заметил несоответствие, выхватил жезл. Рядом с одним огоньком вспыхнул и второй, затем — третий, четвёртый…

— Чрево Тиамат, — тихо прошептал Креол себе под нос. Семь огней… Он знал, что это за тварь на него смотрит. По спине побежали мурашки, на ткань туники упала пара капелек пота со лба. — Я Креол, сын Креола из города Ура, — чётко проговорил он, готовясь выпустить поток пламени. Этому существу — что ласковый тёплый ветер, но если гончая теней пришла за ним, то свою жизнь нужно продать как можно дороже.