— У него что, не было охраны⁈ — О, владыка Хех, неужели мне придётся разбираться с истериками всяких высокородных особ? Я же не нянька, в конце концов… — Где были Адаалат-ка-Джаду? Ледяной Ящер? Гуру и другие брахманы? Отца охраняют джунуюдха, в конце концов! — кажется, Сварнраадж взял себя в руки, хотя голос его иногда скакал.

— Абтармахан и Брафкасап сейчас даже не знают о случившемся. Вестники не могут пролететь вглубь земель Похалая, а именно там эти двое на данный момент и находятся с разведывательной миссией. Ваш отец желал знать, что происходит в глубине территории противника. Посланник Фараона — сильнейший из пришлых жрецов. Ваш отец отправил его укреплять южный участок новой границы, гуру должен был под своим руководством завершить работы по упокоению могильников эмушитов на их бывших землях. С вашим отцом был всего один брахман, член Совета Колоннады. Он пытался выиграть повелителю время на отступление. И выиграл. Но отряд нежити был не один. Эмушиты как-то сумели управлять своими мёртвыми войсками в глубине наших захваченных территорий.

— Как-то слишком подробно для обычной новостной повестки, — заметил я. И вправду, обычно новости мы получали с какими-то указами. Летала всего одна птица-вестник, которая таскала туда-сюда наши отчёты и корректировку нашим действиям сверху. Заодно ей выдавали краткий список новостей, чтобы мы знали, что творится на севере. А тут аж всё подробно расписали.

— Ничего удивительного, ведь Раджа мёртв, — Роши перевёл взгляд на Сварнрааджа.

— Да здравствует Раджа, — закончил я. — Значит, это подробный отчёт для наследника. Или теперь уже…

— Царствование Луноликий примет, когда ему присягнут моджары. Кроме того, свою верность должны подтвердить Гуру, Адаалат-ка-Джаду либо Совет Колоннады. И войска, разумеется. Впрочем, это формальности. Сейчас война. Полагаю, все соответствующие присяги будут получены в ставке войск. Из моджар там сейчас нет только двоих. Но один из них…

— Мой дядя меня поддержит в любом случае, — кивнул Сварнраадж. — По отцу будем скорбеть после войны. Сейчас нельзя потерять то, что он получил. От вас двоих я желаю личной присяги. Прямо здесь и сейчас, — требовательно посмотрел он на нас. Роши спокойно и с достоинством поклонился градусов на тридцать. Сложив руки в своеобразный замок, который был похож на обычное рукопожатие, он спокойно заговорил:

— Я, Роши, рождённый в Эжхаре, сатьян Храма Благословенной Тысячи Покровителей, клянусь в верности своему Радже, Сварнрааджу. Да будет так, — спокойно выпрямившись, он расцепил руки. Взор Сварнрааджа полностью сконцентрировался на мне. Я, честно говоря, не совсем понимал, что мне делать.