* * *

Абтармахан разразился целым огненным штормом, который окружил фигуру яростно бьющегося змея. Множество мертвецов вокруг были попросту испепелены. Скелеты с гнилыми иссохшимися ошмётками плоти просто осыпались, многие кости от яростного жара трескались. Зомби падали обугленными телами: чары эмушитов не выдержали такого яростного напора. Огромный змей извернулся и, подражая кобре, которой выглядел, совершил молниеносный бросок в сторону одного из нападавших шаманов. Тот был силён. Но мало что успел противопоставить сдавившим с неимоверной силой огненным кольцам. Странное подобие защиты, словно бы густой воздух, окружающий заклинателя, было продавлено, а сам эмушит, впустивший в своё тело какого-то духа, не сумел и пяти секунд продержаться. Его тело было сильным, крепким, но даже и оно горело.

Ядовитый поганый туман был совершенно не страшен. Шаманы эмушитов не могли не знать, на кого собираются организовать засаду. И им была известна эффективность и смертоносность Огненной Кобры. И они, разумеется, знали, что даже для его пламенной формы нечестивые облака опасны. Губительные силы, наполнявшие эту жуткую взвесь, медленно подтачивали даже шкуру Кобры. Но только не в этот раз. Неожиданный ученик невольно помог выработать противоядие для этого страшного яда. Огненно-жёлтый цвет змея сменился на тёмно-красный. Жар слегка спал, но это было не важно. Ужас в глазах шаманов, понявших, что их хорошо подготовленная ловушка ни на что не способна, того стоил.

Несколько молниеносных бросков завершили не слишком-то и затянувшуюся схватку. Как и обычная кобра, Абтармахан в своей огненной форме мог впрыскивать яд. Только вот, если приличные змеи выделяют обычную органическую дрянь, убивающую организм, то Огненная Кобра не мелочится. Её яд есть полуматериальная субстанция, которая на удивление холодна. Всего-то около тридцати градусов примерно. Первые несколько секунд. Затем она начинает мгновенно разогреваться, за десяток ударов сердца достигая температуры расплавленного металла. Шансов нет ни у кого. Абтармахан редко оставлял ядовитые укусы на телах своих жертв. Обычно он предпочитал врагов давить, испепелять, разрывать на части. Даже и простого укуса раскалённых добела клыков хватало, чтобы убить любого врага. Только дэвы могли пережить такое. Или немалых размеров чудовища. Обычно им Кобра и оставлял такой «подарок», если у врага имелось численное превосходство. Так или иначе, Абтармахан считал своё извращённое подобие яда слишком подлым оружием, которое недостойно честной схватки с сильным противником. Но шаманы эмушитов могли выкинуть разные фокусы, так что лучше было изничтожить их тела, выжигая изнутри.