Поравнялись с ним, и я бросил ему «Болтуна» в лицо. Мои ожидания оправдались. Как оказалось, он в этой тюрьме уже двадцать пять лет работает… Дошли с ним до ближайшей гостиницы, внимательно слушая его рассказ о том, как все устроено в тюрьме. Сняли номер, зашли в него, и тюремщик нам еще и на листах бумаги подробнейшим образом изобразил, как добраться до топора палача, затем вырубился и захрапел.

Информация была подробной, но малоприятной. На самом нижнем этаже тюрьмы, третьем, была устроена сокровищница тюрьмы. Вот в ней палач и оставлял свой топор после казни… Почему в этой тюрьме вообще есть «сокровищница», бедолага едва успел нам рассказать, прямо перед тем как рухнуть на постель. Я-то ожидал, что тут будет обычная тюремная казна, не более того… А оказалось все намного лучше. Как выяснилось, из-за надежной системы охраны в тюремной сокровищнице хранили часть королевских ценностей, что не влезли в главную королевскую сокровищницу во дворце. Что именно, тюремщик не успел нам рассказать. Хотя вряд ли и знал точно, несмотря на то что в самой тюрьме разбирался хорошо. Кто же его внутрь сокровищницы пустит на экскурсию…

— С другой стороны, мне нравится слово «сокровищница», — попытался добавить оптимизма Илор, — не только за топором, получается, сходим. Верно?

— Ну да, дополнительные трофеи никогда не помешают, — согласился я.

Принялись разрабатывать план. Очень много сложностей возникало из-за того, что сокровищница была расположена очень глубоко под землей. По нашим расчетам, на глубине метров так в двадцать точно.

Первая идея — сделать подкоп. Но, зная, как охраняют сокровищницы, я был уверен, что там все около нее в сигнализациях… Только тронь любую стену, и такое начнется… Как приполз по подкопу, так и будешь вынужден по нему тут же убраться…

Так что нам понадобился более сложный план… Но ничего, мы его разработали и принялись за дело!

Карегус, начальник королевской тюрьмы, столица Сарции

Перепил он вина, перепил, со своим другом, начальником городской стражи! Пока тот был в гостях, Карегус еще держался. Гордость не позволяла отставать от гостя, поднимавшего тост за тостом. Но едва тот уехал, сразу же принялся поглощать один лечебный эликсир за другим, пытаясь успокоить свой желудок. Не любил тот алкоголь, сразу раздражался. Но лучше страдать вот так, чем прослыть трезвенником. Никакого уважения не будет в городе к такому начальнику тюрьмы.

Эх, ему бы хорошего лекаря, и тот мигом бы все поправил! Правда, только до следующей порции вина — вылечить желудок так, чтобы тот равнодушно относился к спиртному, ни один лекарь, даже уровня архимага, пока так и не смог. Даже намекали на какое-то проклятие, не позволяющее его организму спокойно воспринимать спиртное.