Крейг ненавидел суть Инферно всей душой, однако, также он был частью этого мира. И то проклятие, которое произнесла однажды провидица, лишь выявило очевидное. Пускай Крейг — архидемон, пускай он силен и представляет опасность для миров порядка, но он никогда не станет частью этого мира. Всегда будет он чуждым Инферно. И всегда он будет стремиться разрушить устоявшийся порочный порядок. Во что бы то ни стало.

Если раньше Крейг влиял на мир неосознанно, то сейчас понимая, что скрываться больше нечего, больше не нужно.

Мир Инферно теперь обречен на то, чтобы быть уничтоженным или быть иным под властью Крейга. По крайней мере, так он воспринимал окружающее мироздание. И, к слову, мир отвечал ему взаимностью. Осталось лишь подмять под себя всех дьяволов, которые пока что значительно сильнее его. Сквозь восприятие Лилит, Крейг увидел жалкие потуги дьяволёнка Базалеса, который огрызался будто щенок волкодава перед матёрым котом.

Крейгу хотелось хохотать, когда он увидел, чего добивается его дочь. Его поражал и веселил ее план, и инструменты которыми она хотела достигнуть цели.

А ещё он увидел через призму дочери и архимага Алексиуса, который был настоящей занозой в заднице миров Инферно и в принципе я мог бы стать неплохим союзником в его планах очищения вселенной Инферно, в изменении самой его сути. А потом и созидании нового устройства. Демоны, какими бы они не были и какую бы политику не вели, по сути, не были врагами человечества.

Единственный враг людей, Инферно, некромантов, богов и других сил был Хаос. Отброшенный на задворки и запечатанный сотнями печатей, но неотвратимый.

Инферно, поглощая миры, был о подобно муравейнику красных муравьёв, что захватывали соседние муравейники, не замечая подступающего мага со струёй пламени. Крейг видел хаос и знал, что это за угроза. И он прекрасно понимал, что дьяволы, пока по их душу не придут, никогда не задумываются, почему обитаемые миры отделены и закапсулированы. Никто не вмешивается в их самоуправство по отношению к, казалось бы, незащищённым мирам людей, что являются основной пищей для божественных существ, когда-то возглавлявших эти миры.

Итак, четыреста лет Крейг бежал от своей судьбы, четыреста лет он скрывался, не желая войны, а желая покоя. И вот его судьба сама нашла его в лице его родной дочери. Все инструменты и удачные случаи сложились воедино и будто разлеглись на золотом блюде, которое протягивала ему дочь. Осталось только протянуть руку и взять награду.

Три мира, Базалес, его погибший учитель, в стане которого сейчас разрастается настоящая мясорубка за власть. Причём учитель его погиб совсем недавно, какие-то считанные дни назад. И это лучший подарок, который он мог обрести. И как удачно все сложилось, что его дочь вызвала его прямо сейчас. В лучший момент. А ещё, она разрушила тюрьму, что сковывала его филактерию. Поэтому, уже зная, зачем она его звала и о чем пойдёт речь, он был заранее готов действовать. Но разве мог он просто так согласиться на требование какой-то девчушки, не поспорив? Какая бы удачная идея у нее ни была.