Но — нет, в пути неожиданностей не случилось. Ехали себе и ехали, пока не вывернули на широкую просеку, где валили деревья неживые дровосеки, коих отличала размеренность движений заводных игрушек. Немного дальше началась насыпь, её продлевали таскавшие в носилках землю и щебень ходячие мертвецы. За ними приглядывал сидевший под навесом из пальмовых веток чернокожий колдун, парочка его мёртвых слуг помахивала опахалами, отгоняя мух и кровососущую мошкару. Ещё на глаза попался ученик школы Расколотой тверди, он что-то втолковывал двум офицерам в зеленовато-жёлтой экспедиционной форме и пробковых шлемах. Не обошлось и без охраны — стрельцов и кадавров.
Повозки остановились, и Хомут первым перемахнул через борт.
— Приехали! — объявил он. — Дальше своим ходом.
— И далеко? — поинтересовался Огнич.
— Версты две, — обрадовал нас младший урядник.
Именно — обрадовал. Две версты по насыпи, пусть даже и на солнцепёке, — это семечки по сравнению с полноценным марш-броском через джунгли.
Поручик Чеслав и сопровождавшие его тайнознатцы тоже в своей повозке задерживаться не стали, поспрыгивали с неё и двинулись к насыпи. Сооружали ту не просто так: местность была заболочена, под ногами тотчас захлюпала грязь. Взобравшись вместе с остальными по крутому откосу, я огляделся и поразился масштабу затеянного строительства. Просека тянулась через джунгли и тянулась, ходячие мертвецы бессчётными муравьями валили деревья, расширяя и продлевая её, а ещё насыпали, ровняли и утрамбовывали грунт, укладывали поверху шпалы и рельсы.
Прикатила дрезина, остановилась, немного не доехав до края железной дороги. Чумазые работяги сбили запоры, боковой борт вагонетки опрокинулся и вниз по склону зашуршали камни и комья земли. Туда сразу потянулись ходячие мертвецы с носилками и тележками.
— Может, подвезут? — предположил Край, но дрезина покатила прочь куда раньше, чем мы успели до неё дойти. Пришлось двинуться следом, приноравливая шаг под расстояние между шпалами.
Идём, идём, идём. Солнце жарит, ветер несёт пыль, форма под кирасой промокла от пота. Катились крупные солёные капли и по щекам. Приходилось то и дело прикладываться к фляжке, и если я и Огнич пили остывший и потому неприятно-горьковатый отвар, то Хомут и Край прихлёбывали заморский светлый эль.
Но две версты — это и вправду немного, развезти на жаре от выпитого командира десятка и его подручного не успело. Несколько раз нам встречались конные разъезды, затем пришлось пропустить встречную вагонетку, в движение которую приводили качавшие рычаги мертвецы, а потом деревья расступились и нам открылась широченная прореха в джунглях. Посреди той возвышался деревянный острог с глядевшими во все стороны бойницами. Рельсы опоясывали его широким кольцом, хватало и палаток, шатров, сараев, бараков и прочих хозяйственных построек. На запасном пути стоял паровоз.