— Хорошо, Синдзи, — кивнул он, — Но я продолжу. Она специально сделала их передачу таким способом, чтобы в семье максимально долго не знали об этом. Конечно, рано или поздно об этом узнают и обратят на это внимание, но у тебя хотя бы будет время подготовиться. — тут он посмотрел на часы, — Ну что? Десять минут осталось. Что решил, будешь брать?

— Буду, — недовольно посопев, проворчал я. — Давайте, что там надо подписать.

Через пятнадцать минут я распрощался с Дорадзи и поехал домой со смешанными чувствами. Казалось бы радоваться надо — мультимиллионером же стал! Но почему же у меня сейчас было такое чувство, что меня только что обули по полной?

Интерлюдия.

— Заходи, дорогой, присаживайся, — Акира Курасава, приобняв, проводил Шагурэ Дорадзи к креслу.

— Да я уж лучше постоял бы. Весь день сегодня в офисе проторчал по милости твоего внука. Дотошный. Даже чем-то тебя напомнил в молодости. Всё подвох какой-то искал. До последнего сомневался. Другой бы юноша его лет до потолка бы скакал, узнав о наследстве и подписал бы даже не задумываясь. Этот же похоже даже не рад был ему. Уезжал какой-то недовольный. У меня такое чувство возникло, что он согласился его принять только по одной причине — чтобы оно тебе не досталось!

— Ха-ха-ха! — Акиро заржал, через секунду Шагурэ присоединился к нему.

— Вот ведь гадёнышь… Аж до слёз… Ну ведь точно как я в молодости! — дед аккуратно вытер салфеткой выступившие от смеха на глаза слёзы, — А что с подвохом-то? Нашёл?

— Первый — нашёл, — кивнул головой Шагурэ, — Второй — нет. Правда, его и я бы не нашел за столь короткое время. Упрятали мы его далеко. Только я так и не понял, к чему такие сложности? Почему его просто нельзя было включить в твоё завещание?

— Да потому что об этом сразу же об этом все узнали бы! — раздражённо хлопнул ладошкой об стол Акиро, — Ты же знаешь, что при внесении изменений в завещание главы клана об этом сразу же увеломляются все члены семьи. Его бы сразу сожрали бы. Ну или под сверх плотный контроль взяли. Рано. Он ещё не готов.

— Но ты же всё равно скоро хочешь его наследником объявить, так что всё равно все узнают.

— Не так уж и скоро, — проворчал дед, — Через полгода, не раньше. Сейчас все решат, что мы ему кость кинули и больше ему ничего не светит, и отвлекутся от него. Я найду, чем отвлечь. Пусть пока побегает на воле. Ему это, похоже, на пользу идёт. Вон, даже мозги, судя по всему, начали появляться. А там уже у него выбора не будет.

— Вот, кстати, почему ты решил, что он на это согласится? Насколько я успел его узнать, он скорее пошлёт тебя куда подальше?