Узкие проходы между строениями годятся не только для отражения атаки снаружи, но и для охоты за неожидающими такой подставы людьми. Идеальная ловушка, которую нужно проверять постоянно. Вокруг чистое поле, и там не спрячешься. Любой разумный человек предпочтет провести ночь под защитой стен. Так что помимо пропавших караванов наверняка здесь пропадали и простые одиночные путники.

— Ну, подруга, посмотрим, что за тараканы тут завелись, что скажешь?

Гончая, естественно, не ответила. Впрочем, если бы она заговорила, я бы крайне удивился.

Проводить время в праздности я не привык. Так что стоило позаботиться о собственной безопасности. Не зная, что за существо нападает по ночам, сложно прогнозировать, какая именно защита понадобится. Однако есть у меня несколько заготовок на такой случай.

Вооружившись инструментами, я призвал демонический огонь, чтобы создать ровную выжженную площадку. Почва спеклась моментально, и мне оставалось лишь начертить нужные ритуалы. Чем я и занялся с неожиданным для себя удовольствием.

Все-таки понятная и, что скрывать, простая магия — это куда приятнее, чем налаживание дел в баронстве. Здесь все по четким правилам и законам, и ты зависишь только от собственных знаний. А в политике и экономике постоянно нужно учитывать человеческий фактор. Когда результат переговоров зависит от того, какого цвета волосы будут у отправленной партнеру шлюхи, и с той ли он ноги встанет утром, это бесит.

Работая над чертежами, я смог расслабиться, отрешиться от проблем и бесконечных вопросов. Как и при готовке, работа над заклинаниями позволила разгрузить мозг. Уже подправляя последние штрихи в подготовке ритуалов, я поймал себя на мысли, что, может быть, Мархана и не так уж не права в своем стремлении оторвать меня от баронства.

Мне нравится заниматься магией. Возможно, если бы роли аристократа и чародея сочетались, я бы наслаждался жизнью в Эделлоне. Жизнь в Меридии, когда я играл роль простого приказчика, была гораздо приятнее, чем все мое правление Чернотопьем.

Однако, нравится мне это или нет, но от меня зависит жизнь огромной массы людей. И я не могу их бросить на произвол судьбы.

Фиолетовые всполохи прошлись по громадному рисунку от центра к краям, заполняя неглубокие канавки ровным сиянием. Я поднял голову, переводя взгляд с ритуального камня на лагерь кентурии.

Соприкосновение чар должно отразиться в эфире, это один из непреложных законов магии. Однако сейчас поле над пустующим лагерем не изменилось ни капли. И это было странно, но давало подсказку.

— Итак, это маскировка, — подытожил я, хрустнув шеей. — Кто же у нас там такой хитрый засел?