На мои исследования ушло всего несколько мгновений, в течение которых моя жертва пыталась взглянуть на меня, но паралич действует на все тело, поэтому она продолжала смотреть вверх, отслеживая мои телодвижения краем наполненных страхом глаз. Внезапно я непроизвольно зевнул и почувствовал голод — сказывалась общая усталость, а уж ел я еще в прошлом теле. Уже другим взглядом посмотрев на лежащее передо мной тело, поддавшись звериным инстинктам, я наклонился к туловищу эльфийки, собираясь куснуть. Охотница издала приглушенный писк, но не обратив на это внимания, я примерился цапнуть понравившуюся часть, когда мне в нос ударил приятный запах тела эльфийки, смешанный с каким-то другим резким отвратительным запахом. От получившейся смеси у меня засвербело в носу, спровоцировав оглушительный чих, затем еще один, потом еще. С каждым чихом моя голова дергалась и опускалась все ниже и ниже, пока с силой не врезалась в грудь эльфийки, которая круглыми от обалдения глазами наблюдала за мной. В результате удара я прикусил язык, но чихать прекратил, хотя в носу, тонко воспринимающем все запахи, все еще свербело.
С опаской отодвинувшись от оказавшегося таким коварным «мяса», я потер нос лапой и еще пару раз чихнул, прежде чем окончательно оклемался. Ну и какой же дрянью эти ушастые гады мажутся? Вроде на расстоянии не чувствуется, а вблизи жуткая вонь! Тут всплыли знания, полученные в академии, по особенностям культуры и быта наиболее распространенных рас мира. При охоте темные эльфы намазываются специальным составом, почти убивающим родной запах, видимо, почувствовать его можно, только если находишься совсем близко, вместе с запахом этой ужасной мази!
Не буду я ничего делать с этой вонючкой, тем более она даже не ранила меня. Действие паралича продлится еще полчаса, так что местные хищники, не обладающие столь чувствительным обонянием, стрескают такой подарок за милую душу, а даже если и нет, то без хала выбраться отсюда будет проблематично, тем более что я заберу ее копье, которое любопытно бы изучить повнимательней. Сумеет выжить — ей же лучше, не сумеет — туда ей и дорога!
Ухмыльнувшись про себя, я повернулся к охотнице спиной и сделал пару мощных движений задними лапами, засыпав ее землей, кажется, именно так выражают свое презрение кошки, после чего подошел к копью и аккуратно взял его в пасть. Вот теперь можно и уйти отсюда, пока еще кто-нибудь не решил на меня поохотиться. Спустя пару минут я уже был далеко и двигался в сторону границы людей, до которой, по моим расчетам, был еще день с лишним пути. Далеко же я забрался за время полета, но это не страшно, главное — выбраться из середины леса, где монстров больше (только за пять минут я успел заметить и обойти парочку ну очень неприятных гигантских паучков и стайку мелких животных, похожих на крыс и обладающих повышенной зубастостью), чем на окраинах, и есть риск наткнуться на сородичей моих жертв. Обоих. Мне еще повезло, что аш-та практически не пахнут, что позволяет мне без труда скрываться от большинства обитателей леса.