Черт! А может я от безысходности всякую ерунду придумываю? Что это вообще такое: техника, которая работает, как ритуал, но не является магической. А какой тогда? На чем основана? Где берет энергию?

С такими мыслями дорога до города тянулась особенно долго.

У офисного здания я расплатился с таксистом, с сожалением глядя, как тает на глазах внушительная пачка денег, и поднялся в кабинет. Кэйтлин встретила меня улыбкой и вопросом.

— Ну что?

Со вчерашнего дня я решил придерживаться принципа максимальной осведомленности своей помощницы. Она, конечно, еще плавала в реалиях моего мира, но уже не раз демонстрировала смекалку и острый ум. Да и я сам заметил, что, рассказывая ей о расследовании, могу обнаружить прежде не замеченные детали.

— В принципе, интересно… — сказал я, глядя на часы. И подумал, что у меня есть немного времени, чтобы выпить кофе и поговорить с Кэйтлин. — Есть кое-какие подвижки.

Возясь с кофеваркой, я обстоятельно описал поездку за город, не забыв, в завершение, выложить последнюю версию происходящего. В этот раз чуда не произошло, я не вспомнил ничего забытого, да и девушка не выдала никакого откровения. Что ж, я попытался.

Делая последний глоток кофе, я услышал.

— Кстати, тут эльфийка приходила.

Уши у меня, кажется, даже дернулись в сторону помощницы. Я повернулся к Кэйтлин, которая, как ни в чем не бывало продолжала.

— Знаешь, я их как-то иначе представляла. В сериалах они красивые. А эта худая, зубы острые, глаза звериные — бр-р! Мурашки по коже. Главное, на экране смотришь — почти люди, только движения такие изящные-изящные. Будто не по земле ходят, а по воздуху плывут. А в жизни — дрожь берет! И еще смотрела на меня так, будто сожрать хотела.

— Она назвалась? Что-то передала?

Я был уверен, хотя никаких оснований для этого и не было, что ко мне приходила Шар’Амалайя. Она как-то прознала, что мое расследование столкнулась с тем, что она знает, и решила меня навестить. Глупо, понимаю, с чего бы эльфке, живущей на свете черт знает сколько сот лет — не зря же ее тетушка Карёх назвала «старой сукой» — тащится к частному детективу, которого только что отшила престарелая наемная убийца? Но именно ее имя у меня всплыло в голове, когда Кэйтлин упомянула гостью.

— Я записала. — девушка метнулась к столу, подняла один из листов бумаги, прочитала написанное. — Сах Ларьенн, вроде.

— Тсах’Лариенн. — поправил я помощницу, даже не пытаясь скрыть выражение разочарование, появившееся на лице. — Просила перезвонить?

Я не строил догадок, зачем ко мне приходила бывшая подружка. И так было ясно — чтобы убедиться, что у меня все плохо, зачем же еще? Грязный мужлан, бросил умницу и красавицу — должен страдать. Обычное женское желание, я не в претензии. Только вот страдать у меня времени совсем нет. Но позвонить Ларе надо. А то затаит еще.