— Ты догадывалась, да? — сказал я, откинувшись на спинку стула. — Ещё там, в больнице. Вот почему у тебя был нервный срыв. Ты знала, что не могло быть такое без постороннего вмешательства. Ты же заканчивала курсы медсестёр.

— Да, — с облегчением выдохнула Мила. — Но у меня не было доказательств. Никаких. А благодаря тебе… Они же понесут наказание? — спросила она уже у Лида.

— Обязательно. Сейчас собирают доказательную базу и выявляют всех пострадавших. Сама знаешь, сколько людей проходят через региональные центры «Медикора» в день.

— А тот врач, что лечил Сашу? — вдруг вспомнил я. — Он тоже?

— Нет, — сказал Петя. — Он был не в курсе. Все манипуляции осуществляли медсёстры, причём разные, чтобы их не засекли. А что?

— Да толковый он мужик, — сказал я, слегка задумчиво. — Вдумчивый и такой, знаешь… Как Милана. Я бы его на наш проект забрал. Но вряд ли он согласится.

— Почему же, — сказал Петя. — Предложить можно всегда. А там — пусть сам решает. Но если и приглашать — то только со стороны НИИ «Микрон». В штат медиков-исследователей. Правда, он по детским болезням спец. Хм…

— Леди! — позвал я, понимая, что если мне уж мысль в голову пришла — её надо сразу раскручивать. Потом может быть поздно. — Помнишь того врача, который лечил Сашу? Он мне ещё ворох статей скинул.

— Не помню, конечно, — пожала плечами Леди, оказавшись радом с Миленой. — Его Катрин помнит. Но я твою мысль поняла. Посмотрю, что у него в личном деле. И сможет ли он влиться в наш сумасшедший коллектив НИИ «Микрон». Всё же у нас довольно специфический контингент подобрался. Я иногда когда с ними говорю, забываю о том, что они учёные. Хотя понятно почему. Столько лет Архов считали вымыслом, а их самих презирали и травили за попытки узнать нечто запретное — что неудивительно. Кстати, тебе бы с Фамбом ещё переговорить не мешало. В личном кабинете.

Да чтоб тебя… Было у меня три персональные няньки десятитысячелетнего возраста, теперь добавилась ещё одна. Но Леди права, поговорить с ним без посторонних нам необходимо. Есть у меня ряд тем, которые я не хотел бы озвучивать при Пете и Митьки с Миланой, но по поводу которых меня могли спросить вирты.

— Ладно, тогда я вниз. Встретимся в Рокшенаре.

* * *

— Я подобрал несколько виртов, копии которых можно будет использовать в качестве хранителей датацентров. И Рокшенара, и НИИ, — сказал мне Фамб, как только я открыл глаза в своём личном кабинете.

Очень хорошая новость. Но как забавно слушать словосочетание «хранитель датацентра». Сила привычки. Хранитель — нечто древнее, такое, возвышенное, недосягаемое. Сразу вспоминаются какие-нибудь руины древних замков или храмов. Или стеллажи, заставленные ещё бумажными книгами. И датацентр. Массивы информации, нечто суперсовременное, администраторы и модераторы, хакеры и программеры. Но в данном случае более точно всё же будет говорить именно о хранителях. Некто, по правам ниже администратора, а по обязанностям — гораздо больше модератора. Гораздо.