— Но сначала хочу спросить, — продолжил я через несколько секунд раздумий. — Ты же Психиатр-реабилитолог, я правильно понял?

— Правильно, — эхом ответила мне пока ещё незнакомая мне дама.

— И ты в курсе, что случилось с Катрин, да?

— Да, — таким же эхом, только интонацию заменила на утвердительную.

— Я хочу её восстановить. Убрать всё то, что вписал в неё Тень. Это можно? Только без эха, пожалуйста. Бесит.

Она рассмеялась, искренне и весело, по-девчачьи. Легко-легко и так заразительно, что я и сам невольно улыбнулся. Даже хорошо, что я её не вижу. Почему-то мне так легче. Говорить в темноту, а не конкретному образу.

— Это просто замечательно, Ал. Что тебя всё ещё что-то бесит и ты не стесняешься прямо и открыто говорить об этом.

Психологи. Нет, даже психиатры, да. Они именно такие. Истеришь? Отлично, это хорошая новость! Проявляешь агрессию? Умница, не сдерживаешь эмоции! Бьёшься головой об стену? Ну, зачем стены-то портить? Вот, здесь есть специальное место. Мягкое. И эмоции слить можешь, и травму не получишь. А, ты не себя хочешь головой об стену? Возьми куклу! Ага, как занимательно ты с ней играешь… Ну да, ну да. Вот тебе таблеточки, вот тебе укольчики, а вот билет в прекрасный санаторий. На полгодика, да. Должно хватить. Там и стены подходящие, и кукол полно, и истерично орать можно сколько угодно. Плавали, знаем.

— Насчёт Катрин я пока сказать ничего не могу, — ответила темнота голосом Фокси. — Надо смотреть её блоки. Хорошо, что она всё ещё шестёрка с плюсом, а не полноценная семёрка. С ними сложнее всего работать. Но ты должен понимать, что коррекция приведёт к утрате воспоминаний. Я ведь не знаю, что именно в неё внёс Тень. Искин — это не программа, которую можно откатить до предыдущей версии и ей ничего не будет. Это полноценная личность. Я знаю, что у тебя в Гнезде осталась её полноценная копия. И в курсе, что часть блоков Катрин была использована для создания Лады. Это поможет в работе. Но в любом случае нам понадобиться её кристалл и никаких гарантий я дать не смогу.

Ну да, я приблизительно так я это себе и представлял.

— Твой самый плохой прогноз, — спросил я через минуту молчания.

— Самый плохой — придётся разрушить кристалл. Не такой плохой, но возможный — она может полностью забыть тебя. Быть может, мы не сможем удалить её воспоминания о том, как она обращалась с тобой в плену. Вариантов много.

Я тяжело вздохнул. Ладно. Теперь следующий вопрос.

— Когда я буду вам нужен для открытия Центра реабилитации?

— Приблизительно через месяц. Мы выпустим новостной ролик, на общем для всех секторов канале. После этого будем ждать.