— Доверие, Мила, — напомнила Ольга о том, что для самой ей было очевидно. — Абсолютные незнакомцы, которые могут копаться в его голове. Ты правда считаешь, что он может им доверять? Да он даже нам особо не доверял. Помогал, спасал, поддерживал, но не верил без доказательств. А тут какие-то левые чуваки, один из которых даже убить его пытался.

— Вообще не проблема. Кстати, думаю, они прекрасно понимают, что он им не доверяет. И для Лёши это хорошо. Он знает, что они знают. С ними он может быть собой.

— Вы забываете о том, что у Лёхи есть защита от сенсов, — сказал Митя. Вспомните их с Лидом бой. После которого организм нашего кланлида и пошёл вразнос, хотя он и не признается в этом никогда. С желтоглазым паладином. На Лёху сила сенсов не действовала.

— Он не сможет постоянно ходить в экстрим-режиме. Это физически тяжело, — покачала головой Ольга. — Так что защита не панацея. И где гарантия, что эти сенсы — на нашей стороне?

— А какая сторона — ваша? — задал вопрос Ганджу, появляясь сзади Ольги, чем заставил её обернуться. — Ну? Сколько сторон ты видишь, временный админ Рокшенара? И кого к какой причисляешь? Мы ведь тоже не сенсы, тоже не можем читать мысли.

— Я на стороне Лёхи в его противостоянии с орденом Табула раса, — огрызнулась Ольга. — И на стороне своей семьи во всех других.

— Тогда ты с сенсами тоже на одной стороне, успокойся, — сказал Спец, улыбнувшись. — Пока орден занят убийцей магистров, вам надо прокачаться до профи. Состояние Ала пока стабильное, а в Старом Шенаре есть специалисты по любому вопросу. Так что без нашей помощи он не останется.

* * *

— Ну, как ты, сможешь ещё чуть-чуть? — заботливым тоном спросил меня низкорослый узкоглазый маньяк, прикидывающийся моим учителем по боевым искусствам.

— Не смогу, — еле выдохнул я, уперев руки в коленки и пытаясь отдышаться.

Почему? А я только что с трудом слез в десятый раз с пятиметровой стены скалодрома. Не, в первый раз я тоже был уверен, что забраться на подобную стенку с упорами разной формы в разных местах проще простого. Оказалось, что не совсем. А потом оказалось, что спускаться по такой стене ещё сложнее. Ну, мне, во всяком случае. Может, кто другой и смог бы справиться с этим без проблем — но не я.

И ведь каждый же раз, как и сейчас, этот изверг участливо спрашивал, как я себя чувствую и могу ли продолжить. Даже давал время, чтобы передохнуть. И наверху, и внизу. А потом опять загонял на стену вежливым: «Ну что, ещё один разок?» О да, он не заставлял меня ничего делать. Он даже готов был прекратить, если я скажу «Нет», как сейчас. Так уже было до обеда, когда он чередовал наклоны-растяжки-скручивания с пробегом по полосе препятствий. Там где надо на кочки наступать и не промазать, иначе упадёшь. После третьего подъёма на стену я понял, что бегать было проще. В чём-то.