Наша борьба сильно отразилась на надсмотрщицах. Наташа снова дернула верёвки на себя, и на сей раз они не удержались на ногах. Наёмница подтянула их к себе, отобрала оружие и ударила каждую по голове рукоятками, от чего обе потеряли сознание. Та, что боролась с Алисой начала проигрывать, а остальные, занятые ловлей Кон, попадали и стали корчиться от боли. Похоже, я вытягивал ману из них тоже.

Это объясняло невероятное могущество их предводителя — он обладал почти неисчерпаемым резервом маны и мог вкладывать в навыки гораздо больше ресурсов, чем кто угодно другой.

А сам Эль-Витальяно тем временем совсем ослаб. Я скрутил его и провалился вместе с ним в тоннель. Кон скользнула следом за нами. Я попытался отдать лисичке команду, но челюсть всё ещё болталась на одной жевательной мышце. Впрочем, слова моей питомице никогда не были нужны. Она взялась зубами за загривок добычи и начала её душить. Я же попытался вправить отрезанную челюсть и разрушенную лицевую кость.

— Шрамы ведь украшают мужчину, правда? — попытался пошутить я. Не вышло: рот толком не закрывался.

Маны было полно, так что челюсть довольно скоро приросла обратно. Эль-Витальяно тем временем умер и был сожран, но мне показалось, что он успел перед смертью что-то прошептать.

А Система выдала очередное задание: установить контроль над лагерем Претендентов. Я телепортировался в шатёр мёртвого культиста, чтобы найти способ выполнить задание, но искать не пришлось: Система просто вывела сумму принадлежащих мне владений и сказала, что этого более чем достаточно, чтобы присоединить к ним ещё один объект. Значимость данного лагеря оценивалась в шесть единиц, что меня несколько шокировало.

Я осмотрелся в шатре, и заметил ещё несколько девушек, лежащих без сознания на подстилках. Похоже, из них ману вытянули ещё при подготовке к сражению со мной. Но не полностью: все они были живы, и умирать не собирались.

Когда я осматривал одну из них, в шатёр ворвалась та надсмотрщица, что называла себя Госпожой. Она бросила на меня полный ненависти взгляд, и проскочила мимо. Открыла сундук, стоявший рядом с большой кроватью, и что-то из него забрала.

— Лагерь уже принадлежит мне, не обязательно передавать его по документам. — сказал я, блокируя путь к отступлению.

Она действительно забрала из сундука какую-то бумажку…

— Нет! Ты не посмеешь! Я не позволю тебе лишить меня всего! — ответила Госпожа, явно пребывая на какой-то своей волне.

— Лови её! — выкрикнула Наташа, забегая в шатёр.

— Да я и не собирался её отпускать. Зря что ли договаривался с Лукиным о программе перевоспитания для рабовладельцев?