Тем не менее, от первого натиска я увернулся. Он нёсся на четырёх лапах и хотел меня укусить, а я в последний момент отпрыгнул в противоположную сторону от того, куда двигался раньше. Больно стукнулся об очередной гроб и тут же поднялся на ноги. Я смотрел на медведя, а тем временем, у меня за спиной открылась крышка ещё одного гроба, и из него вылез третий вампир!

Он схватил меня сзади, а медведь как раз разворачивался и разгонялся снова. Из последних сил я попытался открыть тоннель в самое безопасное место, которое только оставалось в этом мире — в своё убежище. Естественно, ничего не произошло, а в следующую секунду я так получил по морде, что мир померк.

В отключке я провалялся не долго. Пока я бегал от медведя, Женя успел передать Лёше гранаты, а тот — закидать ими стеклянный шар. От взрывов шар почему-то не разбился, но светиться перестал, а Женя напрыгнул на медведя после того, как он меня ударил. Похоже, в этот раз сеанс убеждения снова прошёл нормально, потому что медведь не пытался сбросить сидящую у него на плече ящерку и рвал вампира когтями.

— Ай, да помоги же мне! — взвизгнул Хранитель. Про него все как-то забыли, а рядом с ним…

Я не поверил своим глазам.

Рядом с ним была Кон! Живая, светящаяся, и очень недовольная тем, что кто-то посмел обижать её хозяина. Хранитель в целом не боялся смерти, а потому не придал особого значения подкрадывающейся к нему белой лисичке. И совершенно напрасно…

Убить и съесть его действительно не получилось, но Кон вцепилась ему в горло и держала, пока он не умирал, а потом не давала душе нормально покинуть тело. Это было похоже на охоту за мышью — лиса прыгала, кусала и снова прыгала. Хранитель лишь иногда забегал в тело, чтобы что-то выкрикнуть, а потом Кон его снова убивала и начинала гонять по комнате.

Я воспользовался восстановившейся эмоциональной связью и заменил два навыка — бесполезные сейчас «чувство намерения» и «ускорение» на «усиление» и «владение клинками». Последний вампир попытался выполнить приказ Хранителя, но я встал у него на пути. Теперь можно было драться на равных: я мог наносить мощные удары, не используя манипуляции с пространством, освобождая их под защиту.

Теперь вампир меня не пробивал, а я рубил его достаточно сильно, чтобы он это чувствовал. Его пришлось превратить в обрубок без конечностей, прежде чем он наконец сдох. Примерно то же самое случилось с третьим, пролежавшем большую часть боя в гробу. Медведь изорвал его слишком сильно. А вот безголовый и безрукий был на самом деле жив. Более того, он на ощупь забрался в ближайший гроб. Судя по всему, они там хорошо регенерируют, раз ноги у третьего были на месте. До того, как с ним поработал медведь…