Но, как уже упоминалось, не это теперь волновало мужчину.

Его временные союзники — вот, что выйдет на повестку, как только закончится Суд.

Рузуки всегда уважал своего родного брата. При его недолгом правление род расцветал. Однако одного ему простить не мог, как не простила этого и судьба — связь с архонтом. Поставить себя в зависимость от зазнавшейся женщины, да, к тому же, еще и иноземки? И ради чего? Ради каких-то побрякушек ушедших в небытие Древних.

В итоге, эта связь его и погубила. А Рузуки сделал свои выводы.

Его союзники не имели ничего общего с архонтом. Разве что ненависть друг к другу.

Мужчину это полностью устраивало. Такие яркие, незамутненные чувства делали тех предсказуемым инструментом в его руках… и так было ровно до того момента, как к Томасу присоединился этот Виланд.

Тилль, не в пример своему единомышленнику, оказался чересчур импульсивным, что вылилось в совершенно внезапное для него столкновение немца и того молокососа, что пытаются взрастить Акаяши.

А, кроме того, Виланд был еще и слишком настойчивым в своем предложение провести Возвышение.

Рузуки не являлся таким глупцом, чтобы повестись на щедрые посулы. Да и уже не раз видел со стороны, в кого превращает человека этот «дар». Использовать в личных целях — да. Примерять на себя — нет.

Он не был брезгливым снобом, чтобы отвергать обширные возможности, что нес их союз, а потому очень много времени уделил изучению этого самого Возвышения. Буквально разобрал весь процесс по этапам.

Поначалу его преследовали одни неудачи, и подопытный материал приходил в полную негодность. Но затем, Рузуки нащупал верное направление. Проведенные испытания на людях с развитыми духовными способностями показали перспективность данного пути. И здесь бывшие слуги Андо пригодились как нельзя кстати.

Потерявшие свой род, выброшенные, словно мусор, они интересовали только таких же ничтожеств, как они сами. И никто не заметил их пропажи.

Из них получались на удивление послушные рабы.

И только после этого он применил Возвышение на Такаши. Это не далось Рузуки просто. Все же парень являлся и его родной кровью. Поначалу он просто пытался вывести его из-под власти Касуми, но сосунок держался за ее юбку, как сопливый несмышленыш.

И тогда Рузуки понял, что в Такаши гораздо больше от этой женщины, чем от Митсеру. И что через своего сына она будет править родом до самой своей смерти.

Этого он позволить не мог. И жребий был брошен…

Впрочем, все это дело прошлого. Свой путь он уже определил, и раз в роду Одзи более не осталось достойных мужчин, то именно он возьмет бремя правления в свои руки.