Каблук предательски подломился. Мир качнулся. Я зажмурилась, готовясь к болезненному удару о полированный пол.

Но руки атлантианца подхватили меня с пугающей скоростью. Одна — обвила мою талию, вторая — приняла на себя вес у плеча. После чего виан Арон притянул меня к себе. Моя грудь оказалась прижата к его твёрдому торсу.

От босса исходил такой жар, будто внутри этого атлантианца что-то горело. Я ощутила мощный, ровный стук его сердца. Запах кофе, мяты и изысканного древесного одеколона ударил в голову.

“Мамочки… Космос великий, что происходит? Как я вообще оказалась в этой ситуации? В алом платье за триста тысяч кредитов. В объятиях своего начальника-тирана!”

Поле зрения заволокло тёмными пятнами.

Прогноз виана Арона насчёт обморока грозил сбыться. Но мой мозг, привыкший к экстремальным перегрузкам, с отчаянным скрипом переключился на единственный знакомый режим выживания — профессиональный автопилот.

Я выдохнула. Крепко зажмурилась. Открыла глаза. И произнесла, сама не узнавая свой ровный, почти бесстрастный голос:

— Благодарю, виан Арон. Что ж, раз снаряжение для миссии подходит, я готова перейти к изучению допсоглашения.

Я даже улыбнулась. Той самой безупречной, отрепетированной перед зеркалом улыбкой. И почувствовала, как рука начальника на моей талии напряглась. Виан-тиран замер. Неужели лишился дара речи?

Невозможно. Атлантианцы не удивляются поступкам всяких там человечек.

Ещё через секунду хватка босса ослабла. Атлантианец поставил меня на ноги, выровнял, как выравнивают криво стоящую тумбочку.

Хмыкнул, дёрнув уголком по-мужски красивых губ.

— Будет вам досоглашение. Но замечу, нам срочно нужно налаживать контакт, виана Мира. Я думал, хватит пары часов, но ваши инстинктивные реакции — это проблема.

— Разве? — это был автоматический ответ, малообработанный мозгом.

Виан Арон взял мою руку. Его пальцы — твёрдые, горячие — сомкнулись вокруг моего запястья. Он поднял мою кисть, демонстрируя мне…

— Дрожите как крольчонок, — констатировал он. Но от чего-то в его чёрных глазах плескалось не раздражение, а ледяное любопытство, будто он изучал под микроскопом редкий образец. – Словно я хищник, и собираюсь вас… задрать.

Слово “задрать” почему-то эхом отозвалось у меня в мыслях, в очередной раз напоминая о ночных кошмарах. Я титаническим волевым усилием заставила внутренний голос замолчать.

Я посмотрела на свои пальцы. Они и правда мелко и часто подрагивали. От адреналина, от страха, от этого шокирующего телесного контакта. Глубоко вдохнув, я заставила себя выровнять дыхание.