А еще ни них на всех были маски. Сплошные черные плоские забрала, открывающие только глаза. И, подобно остальной одежде, маски были залиты розовым и желтым. И, подобно одежде — у каждого по-разному.

А еще у них в руках было оружие. Источающее невыносимый, почти ослепляющий белый свет, в котором, однако, не составляло труда рассмотреть подробности, оружие. И тоже — у каждого свое. Одноручный меч, кривая сабля, парные длинные кинжалы. У четвертого силуэта оружия в руках не было — четвертый держал под руку меня.

Я был пятым.

А вот все остальные вовсю размахивали своим оружием, будто бы сражаясь с невидимым противником! Клинки и наконечники из чистого света чертили мрак, оставляя в нем не сразу затухающие полосы, и с каждым взмахом их хозяева резко выдыхали, а то и вскрикивали, как теннисистки на корте!

Если бы я своими глазами не видел, что перед ними пусто, я бы решил, что они действительно с чем-то бьются!

Воздух так и гудел под взмахами световых полос, подошвы ботинок, покрытые розовым и желтым, шуршали по черному асфальту, когда девушки медленно отступали к нам спиной вперед, размахивая перед собой оружием, будто отбиваясь от чего-то невидимого, будто пытаясь не допустить его до меня и…

— Тебя коснулись⁈ — прямо в ухо неожиданно тонким, чуть ли не ребячьим голосом закричала та, что держала меня под руку. — Отвечай!

— Кто⁈ — не понял я. — Ты меня коснулась!

— Идиот! — выругалась девушка. — Лоа тебя коснулись⁈

— Кто⁈ Никакие боа меня не касались! — заорал в ответ я. — Я вообще где⁈

— Идиот! — снова заорала девушка. — Идти можешь⁈

— Да!

— Так иди нахер!

И, сбросив мою руку со своего плеча, она ринулась к остальным троим! Взмахнула освободившейся рукой, из которой выстрелил луч света, превратившийся в длинное копье с широким наконечником, и…

— Кей, вниз!..

…прямо над плечом присевшей, повинуясь команде, другой девушки, неуловимо уколола воздух!

Да что тут творится⁈

Пока я пытался удержать равновесие, и не упасть, откуда-то сзади раздалось мерзкое тонкое жужжание. Оно несколько раз сменило тональность, потом стремительно, словно рывком, приблизилось, стало в три раза громче, и повисло у меня прямо над головой.

Наконец поймав равновесие, я поднял голову. Над ней, почти что над моей макушкой, завис небольшой, в локоть длиной, дрон.

— Эй, вы чего там⁈ — раздался из него недовольный голос, слегка искаженный динамиками. — Вы собираетесь выходить⁈

— Да идем мы! — сквозь зубы ответила девица с копьем, и коротко обернулась. — Графина нашего тут спасали!

— Кого⁈ — удивился дрон, а потом резко клюнул носом, глядя на меня зрачком камеры. — Поняла! Давайте в темпе, рассвет уже скоро!