Мы уже торгуемся. Отлично.

— Если под твоим контролем оба источника информации о встрече, можно придумать массу версий. Например я расплатился с тобой ценной информацией. О "кальмарах". Или какой-то находке в коридорах.

Лидер "техников" хмыкает.

— А это может быть интересным. Заставит уродов побегать.

Выдохнув дым, наклоняет голову набок.

— Но сначала ответь, в чём твой резон? Зачем рисковать своей головой?

Решаю дать честный ответ.

— Я хочу выбраться отсюда. Подняться на ярус выше.

В холодных глазах впервые мелькает искра жизни.

— Это невозможно, зомби. Одиннадцать бойцов "Истины". Лучшие из той груды отбросов, что были здесь. Огнестрел у каждого. Патронов не так много, но и длинные перестрелки тут устраивать не с кем. Ты либо вгоняешь утырку пулю в голову, либо он просто бежит, завидев ствол.

Затянувшись, вздыхает.

— Никто не вернулся. Раз не смогли они, не получится ни у кого из нашего сектора.

Я скептически хмыкаю.

— Они могли дойти до цели. Но не так, как планировали. Например вдвоём или втроём. Думаешь, они бы рванули назад, потеряв по дороге почти всех людей и понимая, что второй раз этот путь преодолеть не выйдет?

Её лицо искажается гримасой и до меня доходит, что тут что-то личное. Она наверняка десятки раз прокручивала все мои аргументы в голове. Но по какой-то причине женщине проще считать ушедших мертвецами.

— Он бы вернулся. Кейн. Капитан "Истины". Мужик со стальным хером и яйцами, размером с твою голову зомби. Он бы вернулся. Не испугался и не оставил меня здесь.

Вот и причина. Пока я думаю, как перевести разговор в другое русло, Кармелита сама задаёт новый вопрос.

— Зачем тебе на другой ярус? Чего ты хочешь? Добраться до земли, солнца и деревьев? Чтобы жить под ними, слушая пение птиц?

Последние фразы, скорее всего цитаты её любимого Кейна, что сгинул в неизвестности. Проблема в том, что у меня совсем другие приоритеты. Поднимаю взгляд к потолку и женщина понимает намёк правильно.

— Здесь нас никто не услышит. Ты можешь говорить всё, что угодно. Да и тем, кто наверху, чаще всего плевать на наши разговоры. Если там вообще есть кто-то живой.

Откинувшись на спинку стула, стараюсь не обращать внимания на сигаретный дым.

— Я хочу подняться на самый верх. Выяснить, где я и кто меня сюда определил. После чего найти выродка и скормить ему собственную печень, нарезанную тонкими слайсами.

Женщина мрачно кивает, туша окурок в самодельной пепельнице, сделанной из куска металла.

— Понимаю. Первые года два-три я тоже рвалась наружу. Хотела добраться до тех, кто здесь всем управляет и рвать их на куски. Но потом поняла, что это не имеет смысла. Мы нулёвки. Которых не просто так засунули на самый дерьмовый ярус. А на остальных… Если там есть люди и условия для их жизни, значит у них и снабжение получше. Ну вот представь, вламываешься ты на ярус с пистолетом, а тебя встречает ввод бойцов в броне и с автоматами. Что станешь делать?