- Что набрать? Это лекарства какие-то, Надь - «сотовый 112»? - спросил у бабушки мужчина, но она только пожала плечами.

- Ладно, - отмахнулся я. - Кто президент России?

Прям таки, читается на их лицах - что ты несешь, Серега? Мол, ерунду какую-то спрашиваешь. Кто ж не знает Владимира Владимировича...

- Сынок, это у империалистов президент. А у нас Советском Союзе генеральный секретарь Брежнев, - проговорила бабушка.

Во дела! Не уж то я реально в СССР? В теле подростка. Кому рассказать, не поверят. Ещё и в психушку загребут в одну палату с каким-нибудь Элвисом и Наполеоном. Однако, если это Союз 1976 года, то буду лечится в компании Маяковского и Кутузова.

Старички помогли мне подняться с деревянного пола маленькой кухни и усадили за стол, где ещё стояла белая тарелка с каким-то синим узором. В ней лежали недоеденные мной сырники, а рядом стояла кружка в красный горошек с ароматным чаем.

Я ещё раз взглянул на присутствующих. Бабушка продолжала меня гладить по плечу, призывая вернуться к ним с небес на землю. С того света или с этого - непонятно. Мужчина был одет в рубашку светло-серого цвета и рабочие брюки, вроде тех, что на заводе раньше носили. Телосложение крепкое, плечи квадратные, руки в шрамах, а на ладонях затвердевшие морщины. Этот старик явно согнет меня в бараний рог и не один раз.

А ведь я знаю, что передо мной мои бабушка Надя и дедушка Вова, с которыми живу сколько себя помню. Видимо, мое сознание раздобыло некоторые фрагменты памяти предыдущего владельца этого тела.

- Сережка, ты помнишь, что вчера произошло в аэроклубе? - спросил дед, усаживаясь за стол на белый табурет.

- Полеты вчера были, - неожиданно сказал я, вспоминая, будто это реально так и было.

Самолеты и правда были вчера. А еще вертолеты, ракеты и множество взрывов. Немудрено, что лучше помнить полет на спортивном Як-18.

И вот откуда это вспомнил? Этот Сережка, может и летал, но не я!

- Вот-вот, - закивала бабушка. - А дальше? Ты кушай. В школу скоро. Экзамены не за горами.

- Всё вспомнил? - поинтересовался дед.

- Летал... вроде. Посадка жесткая была. Потом... короче, головой ударился, - отмахнулся я, поняв, что спорить с этой действительностью бесполезно. Похоже, придется свыкнуться с тем, что я в Советском Союзе и на дворе 1976 год.

Остаток завтрака прошел в полном молчании под новости, доносившиеся из радио на верхней полке. Небольшой коробок прямоугольной формы с лейблом «Альпинист» передавал обзор газеты «Правда».

- «Советское руководство сердечно приветствует всех гостей и участников IV Ташкентского кинофестиваля стран Азии, Африки и Латинской Америки. Наш девиз - «За мир!...», - вещала женщина диктор.