— Ткани мозга долго испытывали гипоксию, — скороговоркой затараторила целительница. — И это я не говорю про предшествующую перегрузку.

— Он стал овощем? — уже с откровенными признаками паники спросила Настя.

— Эээ, стопэ, — возмутился я. — Я не овощ! Я тот ещё фрукт.

— БЕЛОВ, ТЫ БОЛЬНОЙ? — в унисон произнесли сразу три могучих девичьих голоса.

От совокупной ультразвуковой атаки у меня тут же заложило уши, но оно того стоило. Люблю бесить особ противоположного пола. Так жить гораздо веселее.

— У нас есть профессиональный целитель, вот пусть и ставит диагноз, — невозмутимо ответил я и, приподнявшись на локтях, попытался принять более вертикальное положение, но был остановлен решительным движением рук Юлии.

— Я ещё не закончила осмотр, Ваше Величество, — с достоинством произнесла целительница. — Попрошу сохранять неподвижность.

— Да нормально со мной всё, — попытался взбрыкнуть я. — Так, перенапрягся мальца, но печать регенерации уже вовсю работает и устраняет последствия. Не о чём переживать.

— Как вы уже сказали, у вас есть профессиональный целитель, который и будет ставить диагнозы, так что лежите и не дёргайтесь, — уверенным тоном произнесла девушка, пришлось подчиниться.

— Серёг, как там дела? — приметив рядом фигуру друга, задал вопрос я. Говорить-то мне никто не запрещал. — Где Потёмкин с Жуковым?

— Добивают разрозненные группы монстров, — ответил начальник моей гвардии. — После твоей атаки осталось много подранков.

— А наши старички-разбойнички? — уточнил я.

— Ломанулись в первых рядах, — с улыбкой в голосе проговорил Серёга.

— Вот и ладненько, — подытожил я. — Юль, ну что там? Видишь же, что энергопотоки выравниваются, и восстановление повреждённых тканей идёт ударными темпами.

— Вижу, — прикусила верхнюю губу целительница. — Но я не понимаю, как такое возможно, и пытаюсь разобраться.

— Потом объясню, — отрезал я и решительно поднялся на ноги. — Если, конечно, ты всё ещё хочешь стать подданной Белоземья.

— Хочу, — решительно кивнула Юлия, а потом добавила гораздо тише: — После того, что я увидела сегодня ночью, хочу ещё сильнее.

— Вот и ладненько, — подытожил я. — Бюрократическими проволочками займёмся чуть позже, когда наладим быт в изменившихся условиях. Работы у нас, как это говорится, до…

— Андрей! — укоризненным тоном прервала меня Виалета.

— А что Андрей? — невинно похлопал глазами я. — До хрена у нас работы, а вы тут столпились вокруг меня и прохлаждаетесь. Серёг, что за дела? Почему личный состав бездельничает? Вон Аня, молодец, осталась на стене и продолжает гонять монстров своими олицетворёнными иллюзиями. Орлика медитирует. Даже Шнырька подслушивает наш разговор через тень.