уходя от удара… Так случилось и на сей раз. Противолодочный маневр русскому экипажу однозначно удался — пенный бурун торпеды вспорол воду уже за кормой крейсера. И, одновременно с тем, по точке всплытия ударили не только «противоминные» пушки «Адмирала Макарова», но также и шестидюймовки Канэ! Конечно, снаряды последних также рикошетили от поверхности моря — но даже пара подрывов на небольшой глубине тряхнули вражескую субмарину куда сильнее… Скорость погружения последней упала — а между тем, в арсенале русских моряков осталось еще одно верное средство для борьбы с вражеской подлодкой. И именно к этому средству прибегли экипажи обоих эсминцев, спешно развернувшихся к врагу — и рванувших на таран [16] ! И прежде, чем немец успел бы целиком уйти под воду, «Стройный» прошел над самой U-9, смяв ее перископ… Однако экипаж эсминца не успел толком обрадоваться краткому успеху — ибо марсовый на «Адмирале Макарове» уже заметил густые черные дымы приближающегося от Моонзунда германского флота. — Вижу корабли на зюйд-вест! …Гросс-адмирал Генрих Альберт Вильгельм, принц Прусский, вел главные силы «Флота открытого моря» в двух кильватерных колоннах. Радиограмма с дозорной субмарины о столкновении с небольшой русской эскадрой и успешном потоплении крейсера «Паллада» вызвала необычайное оживление на флагмане эскадры — линкоре «Кайзер»! Ну и некоторое даже сожаление гросс-адмирала о том, что на сей раз подлодкам уготовили лишь вспомогательную роль боевого охранения — полагаясь, прежде всего, на главных калибр дредноутов. Было бы в дозоре две-три субмарины, и дозорная эскадра русских отправилась бы на дно в полном составе… Впрочем, еще не вечер — вернее сказать, лишь ранее утро! Дистанция до улепетывающих на всех парах русских кораблей вскоре сократилась до ста десяти кабельтовых (свыше двадцати километров) — и тогда по противнику предложили ударить главным калибром флагманского дредноута: — Не стоит расходовать наш боезапас на столь незначительную цель. Отправьте вперед миноносцы, пусть порезвятся в погоне — и добьют русских торпедами… И пожалуй, что «Фридриха Карла» в прикрытие миноносцам — если русский крейсер вдруг решится показать зубы и примет бой. Ни один мускул не дрогнул на лице гросс-адмирала, ни одна морщина не коснулась его лба, выдавая тщательно скрытое волнение… Совершенная невозмутимость, достойная истинных тевтонцев! А ведь кайзер Вильгельм неспроста поставил собственного брата во главе ударной эскадры. Ведь «Флоту открытого моря» выпала столь высокая честь!