Я едва оправился от силы удара, как новые посыпались со всех сторон. Я еле успевал их блокировать, постоянно получая болезненные тычки. Ничего, мне не впервой сражаться с аристократами. Этот им не являлся, больше походил на одного из слуг, которые тоже были одарены маной и какой-нибудь способностью. Главный цыган, похоже, усиливал тело. Основа такого боя — выдержать атаку, дождавшись, когда противник израсходует всю ману.

Ага, началось. Чувствую, что удары становятся слабее. Удар, блок, контратака. Под кулаком уже не сталь, а мягкое тельце. В глазах цыгана я увидел страх. Он явно не рассчитывал, что я выдержу. Давно не встречал достойного соперника?

Я вмазал по мерзкой роже, враг попытался блокировать, но мой кулак смял его руку и ударил по лицу. Врезал снова, ещё и ещё, пока не вбил засранца в податливый дёрн, и его сила не иссякла. Ещё один удар, и он без сознания, а из носа идут кровавые пузырьки.

Вряд ли я его убил, как бы и не собирался. Больно надо потом бегать доказывать, что я девушку спасал, а не пытался ограбить пятерых взрослых мужиков.

Барышня как раз разделалась с последним насильником и с видимым удовольствием пинала его по яйцам. А он уже даже не всхлипывал, а просто истекал слезами и рыдал. На секунду стало жаль беднягу, но потом я вспомнил, что он сам напросился. Последнего в озерце грызли утки, и он истошно орал. Да, в этих местах они злые, иначе не выжили бы после нашествия Саранчи.

Девушка заметила меня и остановилась. От схватки её личико раскраснелось, а грудь высоко и быстро вздымалась. Я старался туда не смотреть, но куда там…

— Спасибо за помощь, — сказала она. У неё оказался приятный, мелодичный голос. — Но я бы и сама справилась.

— Не сомневаюсь. Это я так… мимо шёл, размяться решил.

— Алиса, — она протянула руку. Я наклонился и коснулся её кожи губами. Так ведь вроде у дворян принято? А я вроде как без пяти минут… Она вкусно пахла хлебом и цветами.

— Николай.

— Знаю уже. Николай…

— Дубов!!! — полянку сотряс страшный крик. Утки вздрогнули и спешно поплыли прятаться в камыши. Я бы тоже непрочь, но уже не успевал.

Рядом стоял Сергеич, топорщил усы и бешено вращал глазами, обозревая поле битвы. За ним вышли ещё четверо полицейских в боевых доспехах и пошли проверять тела бандитов.

— Опять ты! Как знал, что не надо было тебя в город вести! Как сердцем чувствовал! Что ты тут опять натворил? — ярился майор.

Вообще, насколько я знал, в царской полиции не было военных званий, но Никита Сергеевич сохранил его после службы в пехоте императорской армии.

— Он помог мне с задержанием банды насильников! — вступилась за меня Алиса.