Открыв ящик, я увидел толстую стопку исписанных вручную листов, несколько карт памяти и странную капсулу.

— Вера, подойди сюда, — почти приказал князь. — Почерк деда узнаёшь?

— Похож, — призналась она. — Но его можно и подделать.

— А вот это? — показал Ломакин на капсулу. — Такое подделать можно?

— Нет… — побледнела девушка. — Если, конечно…

— Сделай надрез на плече и загони себе под кожу. По словам Александра, на тебя тоже настройки есть. Не верил он до конца, что ты погибла. Не хотел верить.

— Что за хрень? — явно ещё не отойдя от контузии, морщась, спросила Якутова.

— Личный имплант государя. Подпитывается от Дара, и подделать подобное невозможно. Удалён из тела за несколько минут до нападения. Так что при Николае я уничтожил пустышку. Вера может к нему подключиться. Думаю, после просмотра всего, что оставил ей дед, вопросов больше не останется.

Так оно и оказалось. Как только Вера засандалила в своё плечо императорский имплант, то зависла почти на час. Сидела неподвижной статуей, и лишь её глаза горели каким-то странным синим светом. Обычно у одарённых красные оттенки при активации Дара.

Внезапно всё закончилось. Девушка резко встала и с поклоном проговорила.

— Осип Семёнович! Я, наследница Российской империи Вера Константиновна Труворова, снимаю с вас все подозрения! Благодарю от всего сердца за верность моей семье и Родине! Поступаю в ваше личное распоряжение до окончания акции, спланированной государем Александром Пятым!

— Почту за честь, Вера Константиновна, — тоже с поклоном ответил старик. — Я искренне рад, что вы и ваши товарищи живы. Дело для всех найдётся.

— Охренеть… — только и смогла выговорить моя сестра Анастасия. — Реально наследница!

— Да, дочка, — тихо произнесла не менее обалдевшая Варвара Дмитриевна. — И я её по рукам на кухне била, когда она чуть… Данила! Паскудник этакий! Ты почему раньше не сказал, что у нас такая важная гостья⁈ Опозорил на всю страну!

— Началось, — с улыбкой прокомментировал я. — А я ведь, Верунчик, тебя предупреждал, что мне за сокрытие твоей венценосной попки потом прилетит от родичей.

— Она тебе не Верунчик, а… — попыталась образумить меня мама, но наследница Труворовых её мягко перебила.

— Варвара Дмитриевна, не стоит винить Данилу. Это было моё желание скрыть свою настоящую фамилию. И называть меня он может, как посчитает нужным… Если, конечно, ласково. Вы тоже. Какие условности между почти что родственниками?

— Ваше Высочество, я…

— Просто Вера. И насчёт будущего родства я не шутила. Данила реально мой жених.

Мама осела на пол и стала активно мотать головой, явно отгоняя от себя слуховые галлюцинации.