— Понял. Во сколько быть на месте?

— Около полудня. Как только эшелон тронется, я позвоню. Через двадцать-тридцать минут будем около вас, так что не ошибётесь. Всё. Мне пора. Передай Гале огромный привет.

В назначенное время мы были на месте. Место действительно хорошее. Крутой изгиб дороги не даст разогнаться составу более пяти-семи километров в час, а близко подступающие к полотну деревья помогут скрыться от постов охраны, сопровождающих эшелон. Ровно в одиннадцать тридцать раздался звонок от Жуковского.

— Трогаемся, — кратко сообщил он и отключился.

Эшелон показался точно в назначенное время. Отсчитав нужный вагон, мы быстро вскрыли его и успели заскочить внутрь ещё до того момента, как машинист стал набирать скорость. Правда, пришлось немножко попотеть, так как всё пространство под завязку было забито ящиками, от которых пришлось избавиться, тупо выкинув их в густые заросли по краям дороги.

— Барон, а ты уверен, что это наш вагон? — как-то очень осторожно поинтересовался Пушкин.

— Конечно. Предпоследний грузовой перепутать ни с чем нельзя.

— Значит, нас в Ярославле ждут по частям.

— В смысле?

— Данила, блин! Не тупи! Тут одни консервы! — воскликнула Вера. — Я не вижу обещанных Жуковским длинных ящиков! Нам как прятаться? По гоблинскому рецепту, превратившись в тушёнку⁈

Чёрт… А ведь реально здесь больше ничего нет, кроме упаковок со стандартными армейскими пайками. Когда, находясь в ускорении, выкидывал ящики, то не придал этому значения. Времени в обрез было, да и кто знает, что за ними прячется. Теперь вижу, что ничего. Всё уложено плотно и аккуратно.

Тут же набрал Жуковского, чтобы прояснить ситуацию. Никакого ответа — его телефон выключен. Больше ничего не оставалось делать, как ждать ответного звонка. Но эта ситуация мне нравится всё меньше и меньше.

Модест перезвонил минут через семь.

— Не волнуйтесь, — первым начал разговор он. — Нас стопорнули на выезде из станции. Небольшая задержка на десять-пятнадцать минут.

— Стопорнули⁈ — проорал я. — Мать твою! Модест! А раньше нельзя было сообщить⁈

— Чего ты так распалился? — не понял он моей реакции. — Десять минут погоды не сделают. А раньше не мог, так как был в штабном вагоне и получал ценные указания от командира. Что я ему должен был сказать? Извините, господин подполковник, я сейчас пойду кой-кому позвоню и поделюсь секретной информацией, что наш эшелон задерживается. А то там люди волнуются.

— Понятно… Значит так, Модест. У нас образовалась небольшая задница. Мы заскочили не в тот эшелон и уже отъехали на приличное расстояние. Вы скоро окажетесь на этом грёбаном повороте?