— Почему случайно? Очень даже не случайно, Галя. Место очень хорошо укреплённое. Мощнейшие глушилки везде, так как там особо одарённых злодеев и предателей содержат. Несколько автономных систем самоликвидации. В радиусе версты вокруг тюрьмы создано минное поле с одним-единственным проходом в нём. Ну и камер слежения понатыкано… Я уже прикидывал, как подобное атаковать, но до вашего чудесного появления не нашёл ни одной лазейки.

— Давайте сюда ваш план тюрьмы, — приказал я, переключаясь из расслабленного состояния в боевой режим. — И табор мой позовите. Чувствую, что ромалы без дела тоже не останутся.

Всю ночь мы просидели, изучая схемы подхода к тайной базе и саму её. Грамотные люди всё обустраивали. Но их проблема в том, что рассчитано подобное тоже на людей. Пусть и одарённых, но не нашего с Чахом уровня. Наумб, кстати, сходил на разведку и принёс не очень утешительную новость: вся охрана тюрьмы состоит из оборотней.

— Значит, жалеть некого, — беспечно отмахнулась Ведьма. — И такое наличие тварей подтверждает теорию, что именно там содержится Ростоцкий… Допускаю, что и мой отец тоже. Чах, а ты не можешь этот момент выяснить?

— Нет, — расстроил её наумб. — Пока не отключу глушилки, не смогу рассмотреть подавленные ими энергетические структуры заключённых. Я и про оборотней узнал только по внешнему периметру охранения.

— А по крови? Как с Верой и императором?

— Когда Якутовы станут такими же сильными, как и Труворовы, тогда лишь смогу. Но если твой папаня там, то и его постараемся достать, чтобы лишний раз не ходить.

— Да, — согласился я. — Своих не бросаем. Теперь всем отдыхать, и через три часа выдвигаемся на объект.

— Вашу доставку мы ещё не проработали, поэтому торопиться не стоит, — возразил Илья Сергеевич.

— Да легко доставлю! — хлопнул его по плечу наумб. — Привыкай, Сергуня, что теперь ваши дела контролирует Великий наумб! Узри деяния мои и восхитись ими, человечек! И не забудь рассказать потомкам, перед тем как окочуришься!

— Данила, — грустно посмотрел на меня Комов. — Раньше я считал, что больше тебя никто выбесить не может. Беру свои слова обратно.

— У Великого наумба и бесячесть Великая — усмехнулся я. — Это он ещё тихий и трезвый.

— Ужас…

Захват тюрьмы начался по привычному сценарию. Чах провозился долго, но смог отключить систему самоликвидации. Но на этот раз не просто вырубил, а запитал её на себя. Лишь после этого он прямо из бункера Комова переместил нашу полностью экипированную группу в командный пункт тюрьмы. За несколько секунд вырубили пятерых операторов у пульта.