Значит, кем бы этот барон ни был, он опасен. Скорее всего, даже очень.

И теперь барон становился его, Серебрянского, головной болью…

— А что делать, если он… Если этот барон сюда явится?

— Во-первых, совсем не факт, что он о вас узнает. — Троекуров явно заготовил ответы. — А во-вторых… Профессор, да у тебя же отличные защитные системы! Через них даже он прорваться не сумеет.

Насчёт последнего Троекуров был прав.

Институт занимался весьма опасными вещами. Поэтому его и разместили в Новосибирске, вдали от столицы.

А ещё ему предоставили лучшие защитные системы, которые только можно было достать.

Прекрасные защитные и маскирующие артефакты. Отличная гвардия готовых к бою профессиональных бойцов.

Да если этот барон даже узнает про Институт, всё, что он увидит, это пустое поле!

Так что, наверное, волноваться и в самом деле не стоило…

Мысли о бароне, который мог явиться за своей собственностью, выскочила из головы Серебрянского практически сразу.

Все его умственные способности заняли таинственные Реликвии.

И тут действительно было из-за чего поломать голову!

Реликвии были гигантскими и содержали невероятное количество энергии самого высшего качества.

Ни о чём подобном профессору за всю его долгую карьеру не доводилось даже слышать!

Проблема обнаружилась практически сразу.

Обычно Искатели доставали Реликвии из тайников, находили в земле, в дуплах и корнях деревьев.

К ним давно привыкли и знали, как с ними работать.

Реликвии, найденные в телах чудовищ, были чем-то новым и неисследованным.

Особенности происхождения сильно меняли привычную ситуацию.

Те энергетические каналы, которые должны быть основными, отсутствовали. А те, которых быть не должно, наоборот становились основными.

Настоящий сумасшедший дом!

Серебрянский и его люди просто не знали, с какого бока подступиться.

Дошло до того, что за все те дни, что Реликвии провели в их лаборатории, они не продвинулись ни на шаг.

Более того, в своих исследованиях они случайно нарушили хрупкую структуру одного из кристаллов, превратив его в бесполезную груду мусора.

Но, сколько они ни старались, не удалось добыть и капли энергии.

Это было только началом проблем Серебрянского.

Он понял это, когда после очередного провального эксперимента услышал в трубке голос Троекурова.

— Как результаты? — Советник начал разговор без приветствий.

— Понемногу работаем…

— То есть ничего? — Выслушивать отмазки князь не собирался.

— Ничего, — вздохнув, признался Серебрянский.

— Понятно, профессор. — Голос Троекурова стал жёстким как сталь. — Смотри, что получается. Только что барон поговорил с одним очень влиятельным человеком. Настоящая легенда среди Искателей! И эта, кхм, особа, сожри её драконы, рассказала ему про Институт…