Как ни странно, но князь казался растерянным.

— Ястребов, я точно также не понимаю, что происходит! — Он попытался уклониться от упирающегося в шею кинжала. Я сдвинулся вместе с ним и вдавил кинжал в его кожу ещё глубже. На острие появилась капля крови. — Я не ожидал, что формула превратится в Печать!

— Ага, конечно! — Я усмехнулся, а Черепах, перейдя в боевую форму, угрожающе зарычал. — И формулу вам тоже, наверное, подкинули⁈

— Барон, я всего лишь хотел проверить одну гипотезу… — Одинцовский понемногу приходил в себя. — Эту формулу опубликовали в одном старом научном журнале. Считается, что её изобрёл Ланцов. Но она была незавершённой. Не хватало нескольких элементов…

— И с чего вы решили, что я сумею её закончить⁈

— Я не слепой и знаю, что ты общался с Волковым. Он — ученик Ланцова. Вот я и подумал, что он мог тебя ей научить… — Вокруг Одинцовского забурлила сила. Он явно оправился от удивления и сейчас готовился к ответным действиям. — Как видишь, я оказался прав. Мальчишка, ты используешь запрещённые Печати!

Одинцовский едва заметно шевельнул пальцем, и поток энергии отбросил меня на несколько метров в сторону. Сам же он вскинул руки, выстраивая вокруг себя сложнейшую сеть из защитных и боевых чар.

Выглядело это весьма внушительно. Если он вздумает драться, то плохо будет всем!

Как ни крути, но Одинцовский — Маг вне категорий. С такими, как он, нужно держать ухо востро…

На меня он смотрел так, как будто поймал на месте преступления. В его понимании тот, кто использует запрещённые Печати, заслуживал смерти.

Или, по меньшей мере, хотя бы пожизненного тюремного заключения!

Я так совсем не считал.

Эх, жаль, что со мной нет ни Лидии, ни Кыша. Эти знатоки юридической науки точно нашли бы как оправдаться!

Хотя мне с моим опытом никакая наука и не нужна.

— А разве я использовал Печати? — Я вспомнил всё, чему меня учила Лидия, и посмотрел князю в глаза. — Нет! Я всего лишь дополнил вашу формулу несколькими символами. Это видела вся аудитория!

— Да, но формула превратилась в Печать! — Одинцовский не сдавался.

— А вот это уже не моя вина! — Губы расплылись в ухмылке. — Я всего лишь выполнял указания экзаменатора. Так что если кто-то и виноват в использовании Печатей, то это вы!

Одинцовский перестал улыбаться. Он застыл на месте и захлопал глазами.

Такого поворота он, очевидно, не ожидал!

— Вообще-то Максим прав. — Рядом со мной встал Волков. — Учитель Ланцов совершил много открытий. Одним из его достижений было создание особых энергетических формул. Если их правильно использовать, то они обретают свойства Печатей. Их ещё можно найти в старых книгах. Так что Максим ни в чём не виноват!