Практически все перья ушли в молоко, но два меня все-таки зацепили. Одно прошлось острым лезвием по моей холке, но серьезной раны не оставило.

А вот второе, пробив слабенький щит энергии впилось в тело, аккурат в правую заднюю лапу. А удар об землю только усугубил полученное повреждение. Перо воткнулось глубже и прежде чем его вырвало из моего тела ударом об землю, оно успело сильно распанахать мое бедро.

— Урмяу! — Не удержался я, вскрикнув от вспышки боли.

Жалеть себя времени не было. Кое-как сгруппировавшись, я подтянул под себя лапки и поднялся, разворачиваясь к противнику и ожидая очередной смертоносной атаки.

Но ожидаемой атаки, на удивление, не последовало. Я не сразу сообразил, что же я увидел. А когда дошло, я злобно ухмыльнулся. Даже боль на пару секунд отступила.

Стоило Птицыну воспользоваться этой своей атакой, как мои деструктивные действия показали себя во всей красе. Перья по нижней части спины и так держались на честном слове. А тут еще и пернатый, свою дальнобойную атаку применил. В итоге, весь низ спины у него выглядел также, как у ощипанной курицы. Кое-где остался только пух, немного скрывая, нанесенные мной раны. Но его было недостаточно. Ручейки крови было не скрыть.

Да и то, как Птицын припал на одну из лап уже говорило о многом. Кажется, я успел повредить что-то важное. Сомневаюсь, что именно лапу, но возможно… позвоночник? Не знаю. Важно лишь то, что враг, так же, как и я истекал кровью. И так же, как и я не мог нормально двигать своей опорной конечностью. Да еще и крыло у него странно повисло. Явно уже совсем не может им пользоваться.

— «Надо добивать» — пронеслась в голове мысль. Хотя я и сам не знал, как смогу это сделать.

Да, враг был сильно побит и искромсан. Но и я был не в лучшем состоянии. Энергии ноль. Слабость накатывает дикая. Порез на шее и рана на ноге кровоточат, с каждым мгновением уменьшая доступные силы. Опорной, для прыжков лапкой нормально пользоваться не могу. Битва двух калек, блин.

Но Птицыну явно хуже. Похоже у него те же проблемы и с конечностями и с кровотечением и с энергией. Уж очень он вялый и заторможенный. Даже не враз и поднялся, да и развернулся, с трудом прыгая на одной лапе, волоча вторую по земле.

— «Ну все! Иду на ВЫ!» — Мяу! Мяум мя! — Встряхнувшись, сказал я Птицыну и короткими подпрыгиваниями рванул в атаку, стараясь зайти немного сбоку. Если сейчас смогу заскочить Птицыну на спину, то однозначно добью его. Если Птицын успеет ударить клювом или отбросит ударом крыла к стене, то бой тоже закончится, только добьют уже меня.