И единственным местом, где я бы мог получить желаемое — был трактир. Там меня знали, любили и уважали. Ну или, хотя бы, просто знали, что тоже неплохо. Сиэла и Гибри-то понятно… А вот с трактирщиком, как раз и вопрос. Захочет ли он мне помогать? По идее — должен помочь. А там посмотрим.

Проблем, чтобы незаметно проникнуть в трактир у меня почти не возникло. Правда пришлось рисковать и пробираться туда не ночью, а ранним-ранним утром. Так, что бы подгадать практически к закрытию, когда и посетителей уже нет, но и на покой, никто из хозяев, еще не отправился.

Прокравшись по крышам мимо нескольких сонных оборванцев и переждав в тени водосборной бочки, пока мимо протопает небольшой отряд «авантюристов», я рванул к дверям трактира и незамеченным проскользнул на кухню, внаглую усевшись на том же самом столе, где и в прошлый раз.

Заметили меня не сразу. Поваренок давно валялся на каком-то топчане в углу кухни, а повариха была слишком уставшая, чтобы вовремя среагировать и вообще меня заметить. Сам трактирщик, под руки выпроваживал из основного зала двух, не вяжущих лыка, забулдыг, сопровождая свои действия отборным матом и смачными пинками под зад. Девушки, в это время мыли пол и протирали столы и лавки.

Через пару минут повариха наконец-то заметила посетителя ее кухни и от неожиданности вскрикнула, хватая первое, что попалось под руку. С небольшим трепетом, я оценил схваченное ею орудие убойного труда и невольно напрягся. Получить по запарке чугунной кастрюлей — точно не предел моих мечтаний.

Благо, повариха довольно быстро успокоилась и даже улыбнулась, признав наконец, посетившего ее гостя. Что-то проворковав, она отложила кастрюлю и погремев чем-то в одном из кухонных шкафов, достала оттуда крупный сверток. По разлившемуся в воздухе запаху, я уже понял, что зашел сюда не зря. Этот запах я знал, Сиэла частенько угощала меня этим раньше. Еще до того, как вокруг начали шастать всякие неприятные личности и у меня пропала возможность полакомиться законным угощением.

Под хруст раздираемого мяса, я даже пропустил момент, когда рука поварихи, внаглую прошлась по моей спине. Ну блин, я знал, что женщины коварны, но чтоб настолько? А впрочем, фиг с ним, я даже на нейтральный «уррр» расщедрился. Мне не жалко, а за такую вкуснятину, можно и потерпеть.

С трактирщиком договориться оказалось на удивление просто. Если для поварихи и второй девушки-подавальщицы, моя разумность оставалась тайной, то Ситре уже был в курсе. Наверняка дочка поведала. Хотя, как я потом понял, для поварихи, жены трактирщика и матери Сиэлы, это тоже не было тайной. Просто, она этому не придавала особого значения. Для нее я все равно был котом. Пусть и умным и «Тиргестой» и прочее, прочее… Ей просто было пофиг, она воспринимала меня как кота, а я не настаивал.