— Обнять и не отпускать, — ответила девочка, вытирая тыльной стороной руки слёзы.

— Обнять и не отпускать, — подтвердил я. — Сейчас Михаил… находится во тьме. Со всех сторон его зовут голоса, и он идёт на них, верит каждому из них. И чтобы твой папа случайно не споткнулся и не упал — именно ты должна быть тем голосом, на который он точно пойдёт. Он ведь всегда был для тебя ярким светом, так?

— Так, — уверенно кивнула она.

— Теперь ты должна быть его светом, Алиса. Сияй так ярко, как только можешь. Сияй так, чтобы вся тьма вокруг него рассеялась. Так, чтобы он щурился, но шёл на этот яркий свет. Так, чтобы другие голоса больше не были для него слышны.

— Я буду сиять, — серьёзно кивнула Алиса. — Буду сиять так ярко, что папа всё вспомнит! А даже если и не вспомнит — это не важно! Я всё равно буду сиять. Дядя Серёжа, я… не хочу покидать замок. Не хочу прощаться с тётей Аней, тётей Эйр, дядей Гришей, тётей Тиной, дядей Славой, дядей Кириллом и со всеми остальными. Позволите ли вы нам с папой остаться?

— Конечно, — кивнул я. — Мой дом — ваш дом. Только… Твоему папе временно придётся потерпеть… некоторые неудобства. Понимаешь, Алиса, на него влияют некоторые другие люди, и он… вполне может сделать что-то, что сам не хотел бы сделать никогда. Поэтому мне придётся… посадить твоего папу под домашний арест.

— Ему нельзя будет гулять? — удивилась она.

— Что-то вроде, — хмыкнул я и встал. — Пойдём, а-то замёрзнешь.

Мы прошли внутрь, и я продолжил:

— Твой папа не сделал ничего плохого, но его придётся на некоторое время поселить в подвале.

— К той жуткой тёте? — прошептала Алиса.

— Нет, — мотнул я головой, вспомнив про сущность. — Боюсь, что она не будет рада… Чуть позже твоему папе придётся выделить особые апартаменты, а пока что твой папа побудет в зале.

Я пошёл в сторону зала и отнёс Михаила в него. Пока что он не сможет очнуться. Я неплохо приложил его энергией. Проснётся только тогда, когда я его разбужу.

Пока он «спит», мы закончим с его войсками.

Положил Михаила на диван, отдал распоряжение присматривать за ним и пошёл к выходу.

Вроде объяснил… насколько понятно — покажет время.

Я хотел активировать крылья, но в это мгновение ощутил возмущение пространства, и через мгновение рядом со мной появились двое серьёзно настроенных высших. Воздушник и Ядвига.

— Барон Вяземский, — произнёс воздушник. — Вас желает видеть император. Именем его мы берём вас под стражу, и вы отправитесь с нами в столицу.

* * *

Родная планета Этараксийцев. Святилище.

В огромном высоком куполообразном помещении, диаметром километра два, освещаемом мягким жёлтым светом, рядом с чёрной громадной монолитной дверью, влитой в гладкий и ровный жёлтый пол, стоял мужчина.