— Что скажете, граф Вяземский? — спросил император, смотря на меня.

Ох, как же много я хочу ему сказать… Он бы только знал.

Я в один миг испытал острое желание всё же жениться на одной из его дочерей, чтобы на правах родственника высказать всё, но всё же погнал этот порыв прочь.

Ситуация крайне… курьёзная. От таких предложений не отказываются, потому что это сулит большие проблемы, но попытаться стоит.

— Ваше величество, — слегка склонил я голову. — У меня уже есть жена, и мне вполне достаточно её.

То, что он сделал такой ход — говорит о двух вещах: либо он хочет, чтобы мой Род был ближе к императорскому, чтобы контролировать его, либо хочет уничтожить мой Род чужими руками…

Анастасия Романова, в отличие от Тани, куда как более ценна в плане политической стороны Российской империи именно внутри её границ. Руку Анастасии хотели бы получить многие, и наверняка пытаются это сделать.

Она, как первая принцесса — очень ценный «трофей». Благодаря её связям и положению можно получить много привилегий внутри страны. Таня тоже лакомый кусочек, но не такой, как Анастасия. У Анастасии в руках собрано очень много ниточек от страны.

Император вновь улыбнулся.

— Граф, — произнёс он. — Вы ещё молоды и не понимаете, какие сложности ожидают вас впереди, получив этот титул. Однако, так как вы действительно добились многого своими собственными силами — пришло моё время, как вашего государя, поддержать вас. Благодаря этому союзу вы сможете достичь куда как больших успехов на поприще страны и не только в ней. А что ещё нужно нашей империи, как не молодые амбициозные графы, которые смогут встать на ноги? — спросил он громко, смотря в зал.

Скотина…

Он снова это сделал. Снова закинул удочку. Теперь я уверен, чего он хочет на самом деле. Он хочет, чтобы меня разорвали в клочья соседи.

Если я сейчас откажусь от этой помолвки — то оскорблю императорскую семью. Причём всю. Таня тоже попадёт под это. Если она попытается после этого контактировать со мной — то её предадут собственные союзники.

Император совершил чертовски верный политический ход, решив поставить на доску свою дочь. Теперь, если я откажусь — то со мной никто не будет сотрудничать. Вообще никто. Потому что я оскорблю императорскую семью, и никто не захочет попасть под горячую руку.

Если соглашусь, то всё равно попаду под раздачу. Молодые графские сыновья и обычные бароны устроят на меня охоту, с диким желанием убить. Ведь император прямым текстом заявил про молодых амбициозных графов, имея в виду таковыми рождёнными, и возможность для других баронов стать ими, путём убийства меня.