— Это же твои сородичи, — немного удивился я.

— Все мы теперь жертвы войны… И если они были на том линкоре, значит им предназначена была смерть. Спасти их — всё равно, что просто отсрочить смерть и неизбежное.

— Интересно, — хмыкнул я. — То есть ты бы предпочла их бросить?

Альвийка посмотрела на меня долгим пронзительным взглядом.

— Не бросить, а не втягивать вновь в этот ад. Я не знаю, знаешь ли ты, что такое настоящая война и поэтому не могу быть уверена, что ты поймёшь меня и ход моих мыслей. Несмотря на то, что мои братья и сёстры отказались от меня, я всё же не желаю им этой участи — вновь сражаться и страдать. Так что да, я предпочла бы их оставить там, чтобы они продолжали находиться в спокойном состоянии.

Интересная точка зрения. Так значит тут всё ещё хуже, чем я думал, раз она так говорит. По Эйкхирии можно смело судить и о войне. Она сама воин и знает, о чём говорит. Вот только то, что она так считает, совсем не означает, что это правильно.

— Судьба — вещь непредсказуемая, — заметил я. — Кого-то она ведёт, а кто-то сам её прокладывает. Что я знаю точно, так это то, что я сам могу строить свою судьбу и могу дать другим возможность делать это. Обрекая своих сородичей на смерть, ты обрекаешь их на то, что они не смогут сами управлять своей судьбой. По сути — именно ты управляешь их судьбой в данный момент. Каково тебе, чувствовать себя богом? — покачал я головой.

— Ты переврал мои слова, — также покачала головой спокойная Эйкхирия. — И просто не понимаешь, что они уже выбрали свою судьбу, когда стали экипажем того линкора. Они уже понимали, что их судьба приведёт их к этому. К смерти.

— И тем не менее, — я улыбнулся, — они захотели жить. Все они были в стазис руне. Думаю, что это в корне противоречит твоему суждению. Разве нет?

Немного удивлённая Эйкхирия некоторое время разглядывала меня, а потом её губ тронула лёгкая улыбка, но лишь на мгновение.

— Может ты и прав, имперец. Но я всё равно не желаю никому из своих сородичей участия в этой войне.

— Так может пора её закончить? — спросил я.

Вот тут она удивилась ещё больше. Даже глаза расширились. Впрочем, длилось это недолго. Через пару мгновений она грустно усмехнулась.

— Если бы это было так просто… То её давно бы уже закончили…

— Ну так ты же берёшь на себя обязанность управлять чужой судьбой путём решения жить им или не жить, так почему не закончишь эту войну?

Кажется, своим вопросом я загнал её в тупик, так как она ничего не ответила. Я всего не знаю и наверняка у неё много травм с этой войной, но сам я твёрдо уверен в том, что если есть возможность кого-то спасти — то я должен это сделать.