Шито белыми нитками, но иначе мне просто нечем оправдать Вадима и его Род. Вряд ли мне сейчас поверят, однако у меня нет цели говорить именно о том, кто это сделал, а кто не делал. Моя цель — дать понять, к чему приводят игры с тем, чего не понимаешь.

— Спорный момент, — заметил задумчивый Державин. — Граф Вяземский… Вам, наверное, никто не говорил, но вы крайне подозрительная личность. Взять хоть данную ситуацию, когда вы говорите об аномалии так, как будто имеете представление, как она получилась. Или же взять момент с вашим резким ростом силы.

Он посмотрел на графов:

— Думаю, что многих из нас волнует то, как быстро граф Вяземский становится сильным. И это уже даже не предрассудки, а голые видимые факты. С предвысшего третьего ранга, до высшего третьего ранга… За два-три месяца…? Кто-то хоть раз сталкивался с таким или может читал в хрониках истории? Я вот например — нет. А я напомню, что графу Вяземскому всего семнадцать.

В зале повисла гнетущая тишина. Державин поднял тему, который никто не хотел затрагивать, потому что они просто боятся, и тут ничего не поделаешь.

У людей есть инстинкт самосохранения, который диктует им опасаться всего необычного. Я же — это не просто что-то необычное. Я и есть для них самая настоящая аномалия, поэтому сейчас со мной могут связать не только все грехи человечества, но и, возможно, захотят избавиться…

Я слишком быстро расту для этого мира. Хотя, для этого мира — это не точная информация. Я расту слишком быстро для всей галактики.

Не уверен, что найдётся ещё кто-то кроме нас с Эйр, у кого такой же рост. Но та же сестра просто возвращает свои силы, в отличии от меня.

Ничего удивительного в том, что император решил перестраховаться и позвать «Дарью», а также активировать систему перехвата — нет. Как и любой другой правитель он должен заботиться о своей империи. А как о ней заботиться, когда всё катится к чертям и появляется такой неожиданный элемент в лице меня?

Не удивлюсь, если у Эйкхирии приказ немедленно убить меня. Решит ли его исполнить девушка? Я не знаю. Хочется верить, что нет. Всё же хотелось бы, чтобы она была союзником.

А ведь это я ещё скрыл второй ранга высшего… Думаю, если бы они узнали о нём, то сейчас говорили совсем иначе. Или не говорили бы вовсе…

— Граф Державин, — обратился я к нему спокойно. — Опасаться нужно не того, что я становлюсь сильнее, а того, что в Китайской империи будет кто-то расти также быстро. Знаю, что мои слова для каждого из здесь присутствующих не станут неоспоримым фактом, но кто вам дал право сомневаться во мне?