Я повысил голос всё также твёрдо смотря в сторону членов Рода:

— Неужели желание доказать, что вековая несломленность Вяземских важнее жизней ваших близких и детей⁇! Неужели та упрямость, которую вы зовёте гордостью, станет причиной падения Великого Рода⁇! Вяземские — это не просто Род! У нас есть история! Великая история! Мы прошли там, где другие не рискнули бы ходить! Мы стояли там, где у других дрожали бы колени! Мы выжили тогда, когда другие не смогли бы и вздохнуть от навалившихся проблем!

Видя взволнованность в глазах и переминании людей, я продолжал ещё громче:

— Но скажите мне, Великий Род! Что для нас важнее⁇! Наша упрямость, или настоящая гордость, которая кроится не в вековой истории, а в наших детях и в тех, кто уже пал⁇! Наши дети — это те, кто продолжат нашу историю! И если наши дети падут завтра в бою, будет ли оправдана наша вековая история⁇! Будут ли жертвы наших предков иметь смысл, если мы с вами так и останемся упрямцами, не услышавшими друг друга⁇!

Светлана смотрела на меня своим фирменным сощуренным взглядом, но не перебивала, поэтому я продолжал:

— Наши предки воевали и героически умирали, чтобы мы с вами смогли стоять здесь и сейчас! Они сражались, чтобы для нас наступило сегодня! Так почему мы делаем всё возможное, чтобы завтра не наступило для наших детей⁇! Почему нам диктует, как и что делать, не наше желание защитить нашу истинную гордость: семью и детей, а упрямство, продиктованное вековой историей⁇! Неужели если сегодня мы подадим вам руку и вы пожмёте её, завтра мир схлопнется⁇! Неужели мы, Рода Вяземских, вместо того, чтобы встать рядом и в очередной раз доказать, что мы — Непокорённые! Позволим нашим врагам и нашему упрямству взять над нами верх⁇!

Я закончил и вновь посмотрел на Светлану.

Моя речь возымела эффект. Люди начали переглядываться и тоже кидать взгляды на Светлану с Александром.

Это именно то, что мне и нужно — посеять сомнения в них, чтобы Вяземские наконец поняли, что помощь им нужна. Что мы не враги, а те, кто откололся от них. И что у нас могут быть общие интересы.

Светлана смотрела очень внимательно, но сложно было прочитать по её взгляду, о чём же она думает. К нам медленно приблизились Александр с Леной и Гришей. Троица остановилась между нами.

— Мама, — Александр твёрдо посмотрел в глаза своей матери. — Мы должны поговорить с Сергеем и Гришей.

Женщина перевела взгляд на него, затем снова на меня, прикрыла глаза, развернулась, и просто пошла в сторону имения.

— Кажется, можно считать это за приглашение, — произнесла Лена, тоже посмотрев на меня.