Встав, надел чёрную футболку и кофту из шкафа, а затем подошёл к ней. Аккуратно подняв, вышел в коридор, зашёл в соседнюю каюту и уложил на кровать. Выйдя, посмотрел на военного.

— К ней никто не должен заходить, — произнёс, смотря ему в глаза.

— Конечно, господин, — склонил голову мужчина. — Будьте уверены, в эту каюту никто не войдёт.

Кивнув, я вернулся в каюту к Яне. Сел у стены, где ранее была Эйр, чтобы начать восстанавливаться. Инкар летает где-то снаружи, не пожелав залетать внутрь и готовый в любой момент напасть на возможного врага.

Кот-дракон был очень возбуждён. Он старался это скрывать, но я чувствовал это, как и раздражение. Судя по всему, Инкару неприятно, что мы были космос пойми где и оказались изранены. Теперь это его гложет. Придётся потом извиняться за то, что не взял его с собой.

Прикрыв глаза, сосредоточился, начиная аккуратно, по чуть-чуть восстанавливать своё тело. Несмотря на то, что клонит в сон — спать нельзя. Мне нужно убедиться, что с Яной всё хорошо.

За восстановлением мы почти долетели до дворца, и наконец явился целитель высший. Мне пришлось прерваться, чтобы понаблюдать. Вот только старик лишь развёл руками. Он не смог ничего сделать.

Японец был взволнован, но я убедил его, что когда Яна очнётся — то сама себя разморозит. Не убедил, но старик решил не спорить и ушёл.

До самого дворца я не видел императора. Он куда-то телепортировался ещё раньше.

Когда мы прилетели, взял на руки Яну и в коридоре увидел Эйр. Мы пошли к выходу, а затем нас хотели провести в покои в главном императорском дворце в крыле напротив крыла Хинодэ.

По сути — оказать высшую честь, потому что мы теперь родственники.

Вот только я попросил поселить нас в ближайшем малом дворце. Хотел вообще за территорией основного дворца оказаться, но на меня так посмотрели, что сразу передумал. В итоге всё же выделили место в небольшом дворце.

Хоть этот меч пока себя никак не проявлял, кроме вреда нам с Эйр, но в императорский дворец его тащить совсем не хочется. Кто знает, какие ещё фокусы выкинет.

Положив Яну в комнате на кровать, я некоторое время смотрел на неё, затем наконец достал телефон и начал писать всем, кому надо, что с нами всё хорошо. Также написал Владимиру Сергеевичу.

Сразу вслед за этим раздался звонок, принял его, слыша:

— Сергей⁈ Где вы⁈ Скажи, и мы прилетим.

Судя по голосам, её родители извелись от неизвестности. Именно поэтому я и решил написать ему. Всё же это неправильно, когда родители не в курсе, что с их дочерью всё… Почти в порядке.

— На данный момент в Японии, — ответил я. — Все детали расскажу вам потом.