Я тут же начал быстро искать информацию в системе, двигая пальцами по появившейся передо мной голографической панели.

Синие окна раскрывались одно за другим. Схемы корабля вспыхивали, накладываясь друг на друга. Перед глазами появлялись энергетические контуры, списки отсеков, состояние реакторов, защитных систем и внутренних хранилищ.

Когда вошёл в нужный раздел, передо мной раскрылась полная проекция мира-корабля вытянутой и чуть треугольноподобной, но сглаженной формы.

Огромная конструкция медленно вращалась в воздухе, состоя из тысяч светящихся участков. Примерно сорок процентов горели синим или жёлтым светом, однако остальные полностью окрасились в красный.

Центральный блок был краснее всего, но с синими и жёлтыми отсеками внутри. Рубка же вообще горела зелёным светом. А вот глубинные отсеки, задняя часть, где находятся двигатели, основная реакторная зона и небольшая полоса в самом низу, уходящая практически через весь корпус, были заблокированы.

На каждом из этих участков висел символ закрытого замка.

«Доступ заблокирован».

«Требуется присутствие души».

«Критическая ситуация: система недоступна».

Приблизил проекцию, внимательно разглядывая красные зоны. Около шестидесяти процентов корабля просто не работают.

Теперь сомнений почти не осталось.

Для мира-корабля душа действительно значит очень многое. Скорее всего, именно благодаря её энергии такие громадины вообще способны существовать и сохранять стабильность. Не просто двигаться или сражаться. Душа связывает все системы в единый организм, заставляя механизмы работать не как отдельные детали, а как части одного целого.

— Врира… — задумчиво пробормотал я.

— Что? — Анастасия внизу удивлённо посмотрела на меня.

Я не сразу обратил внимание на её реакцию, продолжая изучать голограмму.

— Врира? — переспросила она уже настойчивее.

Медленно повернул к ней голову. Девушка стояла слегка напряжённо, и в её взгляде мелькнуло узнавание.

— Ты что-то знаешь? — спросил я. — Что тебе известно об этом имени?

Одним движением руки смахнул голографическую панель в сторону. Проекция мира-корабля уменьшилась и зависла над соседним пультом. Теперь я смотрел только на Анастасию.

— Да, — она тихо вздохнула и отвела взгляд в сторону. — Пожалуй, начну сначала.

Я молча кивнул.

— Помнишь, когда ты привёз из Китайской империи тот дирижабль? Тогда нам ещё требовалось провести его полную проверку.

— Помню.

— Так вот, проверку мы провели, и не только внешнюю. Инженеры разобрали часть систем, проверили источники энергии, внутренние контуры и центральные блоки управления… И в результате наши инженеры… — девушка слегка замялась. — Забрали одну часть с дирижабля… Небольшой блок.