— Чужая, — нехотя произнёс Егор. — Холодная. Безэмоциональная.

— А чего вы ожидали? — Она спокойно пожала плечами. — Что при виде вас я начну прыгать от радости? — Таня перевела взгляд на Анастасию. — Что мы станем обниматься? — Затем посмотрела на меня. — Целоваться и рассказывать друг другу, насколько сильно скучали?

Егор и Анастасия растерянно перевели взгляды на меня. Явно не такого приёма они ожидали от сестры. По ним видно, что они слегка растеряны.

Сам я сохранял спокойствие, продолжая смотреть на Таню и одновременно прислушиваясь к окружающей обстановке.

Ветер двигал шторы возле дверей, из зала доносилась музыка, а гости продолжали разговаривать, делая вид, что происходящее на балконе их совершенно не интересует.

Едва заметное движение взгляда Тани, почти незаметное, окончательно подтвердило мои подозрения. За нами наблюдают.

Не только гости и охрана Вильгельма. Где-то поблизости явно находится человек из её ордена. Возможно, несколько.

Перед глазами снова возникла сцена, увиденная мною немного раньше.

Когда сын Вильгельма попытался поцеловать Таню, она не позволила ему приблизиться. Направленный удар энергии мгновенно отключил парня, после чего девушка оттолкнула его, встала с дивана и, взяв со стола салфетку, с явным отвращением стёрла с колена следы его прикосновения.

Её связь со мной… заблокирована. А ещё эти печати на сознании… Они установлены не кем-то, а ею лично. Как и связь. Она заблокировала её сама.

Либо я идиот, либо…

— Интересная ситуация получается, — первым заговорил я. — Не ожидал увидеть тебя здесь.

Таня не ответила.

— Думал, что после моего возвращения ты окажешься в Российской Империи. Но всё сложилось иначе. Как-то даже слишком неожиданно. — Я внимательно изучал её лицо, выдерживая многозначительную паузу. — Решила сбежать от войны и от своих обязанностей?

Анастасия тихо вдохнула, явно не ожидая от меня подобного обвинения. Егор резко повернул голову, однако вмешиваться не стал.

Я продолжал следить за каждой реакцией Тани: выражением глаз, движениями пальцев, дыханием и энергетическими потоками.

Не дрогнуло ничего. Ни одного импульса. Ни одного лишнего движения. Только зрачки едва заметно, почти невидимо, сузились.

— Не тебе говорить о побеге из Империи, — холодно ответила она. — Насколько помню, именно ты первым покинул её. Разве нет?

Она всё-таки злится.

Если бы Таня действительно ничего не чувствовала, то просто проигнорировала бы обвинение. Но она сразу ответила, ударив в наиболее уязвимое место.

Я замедлил восприятие, анализируя происходящее.

За несколько мгновений в голове пронеслись сотни мыслей.