Он невольно покосился на репликатор, стоящий на столе у стены. Небольшой, этакий мини-бар, размером и формой с микроволновку, поставленную набок. Только без дверцы, и бутылка виски возникла внутри на моих глазах. Эх, мне бы эту штуку себе забрать. Эйлин-то в ней сможет создать не только вискарь, которого я, в целом, вовсе не фанат.

— Вы хотели о чём-то со мной побеседовать, милорд Кабаллус? — не стал затягивать паузу я.

— Да, — кивнул он. — О твоей соседке.

— Эйлин? — удивился я.

— Что? — удивился в ответ и он. — Кто это?

— Ну, такая рыжая. С вот такими формами, — я продемонстрировал ладонями объём груди Эйлин. — Из нашей группы. Она со мной в соседней комнате живёт.

— Не запомнил такую, — отмахнулся наставник. — Я хотел спросить о леди Аннабелль Таурос. Она ведь с тобой в одном крыле проживает?

Ага… Что ж, очередное подтверждение верности моей догадки. Ему интересно, почему это Аннабелль жива. Он ведь, наверное, собственноручно её удавил и бросил тело в подвале на леднике. Хотя нет, в подвал тушку явно тащили слуги.

— Проживает, — покивал я, сделав ещё один мелкий глоток. — Ох, и беспокойное соседство было поначалу! Каждую ночь очередь юнцов к её двери строилась…

— Юнцов, значит, — протянул лорд Ральф, смерив меня цепким взглядом.

Блин, палюсь. Эти юнцы же, как бы, мои ровесники.

— Да, прямо чисто подростки, — с осуждением покачал головой я. — Молодые аристократы… Медленно взрослеют. Вот у нас в деревне уже с четырнадцати приходилось работать наравне со взрослыми.

— А-а, — слегка поморщился лорд Кабаллус.

Ну да, я же бастард из деревни! А он, родовитый аристократ, со мной тут виски распивает, будто с равным. Но раз уж ему нужна от меня информация, придётся подавить брезгливость.

— Ты сказал — поначалу. А что же теперь?

— Так теперь нас, адептов-первогодок, всего две группы осталось, — пожал плечами я. — Двадцать три человека… Хм… Ну, это если троггла считать.

Лорд Кабаллус несколько наигранно рассмеялся, даже утёр несуществующую слезинку.

— Троггла считать за человека… А ты шутник, Бернард. Значит, теперь к Аннабелль мало ходят?

— Совсем не ходят. Я запретил. У нас, знаете ли, коридор высокой культуры и быта.

— Понимаю, — соврал он.

Я с трудом удержался от хмыканья. Ничего ты не понимаешь, Ральф Кабаллус. Эх, сейчас бы с удовольствием запустил стрелу Чёрного Пламени из Сигила ему в рожу. А потом кромсал клинками с обеих рук до тех пор, пока тело не превратится в фарш. Да, у меня нет доказательств его преступлений, только подозрения и домыслы. Но мне, честно говоря, этого достаточно. Да и вообще…